Выбрать волю

Так что ранил он её, скорее всего, больше всего тем, что сказал, по сути, правду, — но вывернул эту правду так, что она почувствовала себя не любимой женой, которой дорожат, а падшей женщиной, которая бегает за мужчинами.

— Нет, момент, конечно, не слишком удачный, — продолжал изгаляться владыка, вертя в руке перо, — поэтому тебе в любом случае придётся подождать, пока я закончу, — с усмешкой резюмировал он, демонстративно возвращаясь к бумагам на своём столе.

Её естественным побуждением было в слезах выбежать отсюда; но она столько нервов потратила, чтобы оказаться здесь, что, вопреки всему, гордо прошествовала к ближайшему стулу и села там.

Он совершейнейше не обращал на неё внимания, полностью погружённый в свою работу. Невнимание, конечно, было полностью наигранным: ему казалось, что он всей кожей чувствует её присутствие.

Следующий час для обоих превратился в пытку.

Грэхарду сосредоточиться на работе так и не удалось. Он невольно прислушивался к каждому шороху с её стороны; сердце его исступлённо билось, но он тут же окорачивал себя и напоминал сам себе, что больше на поводу у этих фокусов не пойдёт.

Желая ужесточиться, он нарочно вызывал в голове мысли, которые могли бы ему в этом помочь: припоминал все совершённые для Эсны «подвиги», напоминал себе, как мало она ценит его внимание и уговаривал сам себя, что смешон, нелеп и жалок, и должен всячески укрепиться внутренне и избавиться от этого наваждения.

Он чувствовал себя связанным по рукам и ногам любовью к ней, и бунтовал против этих пут, в отчаянной жажде почувствовать себя свободным и сильным.

Напрасные мечты! С каждой минутой он всё отчётливее осознавал, что решимость его тает, что в сердце его прокрадываются нежность и жалость, что он проигрывает, неизбежно, фатально проигрывает, — и ощущение этого проигрыша заставляло его звереть и крепиться.

Эсна, естественно, всех этих метаний не видела и увидеть не могла — спина владыки не баловала обилием выражений и оставалась в высшей степени невозмутимой.

Поэтому единственное, что она понимала твёрдо и полно, так это то, что она ему ни капельки не нужна, и ему нет ни малейшего дела до её чувств.

Поэтому немудрено, что, когда Грэхард, наконец, решился продолжить разговор — не потому, что закончил свою работу, а потому, что так и не проработал ни минуты, — Эсна уже внутри себя поняла, что никакого разговора между ними не случится.