Выбрать волю

Так что когда он почти даже дружелюбно — а этот его тон, лишённый язвительности или угрозы вполне, вполне заслуживал гордого звания «дружелюбный» — поощрил её фразой:

— Я тебя слушаю, — она ничего не ответила.

Не то чтобы у Эсны вообще имелась способность связано говорить о своих чувствах и переживаниях. Даже в самой что ни на есть комфортной обстановке, когда Грэхард любезно уговаривал её поделиться переживаниями, — даже и тогда у неё не очень-то получалось. Так что глупо и неоправданно было ожидать, что что-то получится сейчас.

Она, впрочем, попыталась было, и даже открыла рот — но ни одно слово так и не пришло ей на ум.

Поэтому она просто пожала плечами, бросила на него обречённый какой-то взгляд, встала и вышла.

Глава третья

Выйдя, она аккуратно закрыла за собой дверь и пошатнулась: ноги отказывали её держать. Оценив ситуацию, Дерек споро схватил её за руку и оттащил в ближайшую гостиную, подальше от ушей стражников.

Она незамедлительно разрыдалась; горько и болезненно. Напряжение, сжимавшее её весь этот час, требовало выхода.

Нервы её, все перекрученные бесплодным ожиданием, теперь отказывались подчиняться воле.

Она чувствовала себя глубоко униженной и безмерно несчастной; больно ей было в первую очередь от того, что в воображении своём она нарисовала себе совсем другого Грэхарда, и сцену их примирения видела совсем иначе. Контраст между воображением и реальностью оказался страшным и мучительно острым.

Невозможно было понять, чем она заслужила такое поведение, но она непременно считала, что в этом должна быть её собственная вина.

Ей не пришла в голову мысль, что это Грэхард жесток, слеп и нелеп в своём эгоистичном стремлении самоутвердиться; она полагала, что обязательно должны быть какие-то причины, которые побудили его так вести себя, искала этих причин в себе, и, конечно, находила — точнее, придумывала.

Так, она однозначно придумала про себя, что она совершенно пустая и глупая женщина, от который один только толк и может быть — продолжение рода. Что все мысли её скучны и глупы, а чувства — нафантазированы и далеки от реальности.

Что Грэхарду попросту и не может быть с ней интересно, потому что она такова, какова есть.

Совершенно отчаявшийся Дерек в бешенстве сжимал кулаки, борясь с желанием вернуться в кабинет и засветить своему господину хорошую оплеуху. Он, конечно, и не ожидал от владыки большой душевной чуткости, но обычно в тех вопросах, где дело касалось Эсны, он показывал себя с довольно-таки неплохой стороны.