Путь Пастуха

Наконец, повернулся в сторону посёлка, шагнул — раз, другой. И пошёл, всё быстрее...

Ерати, уже почти смирившаяся с исчезновением и почти наверняка гибелью последнего сына, вскрикнула хрипло и коротко, словно птица над Местом смерти, когда заскрипела входная лестница и Ойно предстал перед ней живым и здоровым.

Но... разве это был её Ойно?.. Внешне он оставался таким же, каким и уходил несколько дней назад. Но когда он взглянул на мать, она увидела в его глазах другого человека — чужого и страшного.

Он ужаса прикрыв рот рукой, она молча смотрела на преображённого сына.

— Не бойся, мать Ерати, — голос, несомненно, был его, но Ойно никогда не говорил таким тоном — уверенным и каким-то приглушённым, словно он сдерживал в себе огромные силы, опасаясь выпустить их наружу. — Теперь всё станет правильно.

Женщина не смогла ничего ответить, однако, юноша, похоже, и не ожидал её ответа. Он подошёл к нише в стене, где хранились всякие старые вещи, и сбросил с себя всю одежду. В смутном дрожащем свете от очага и масляных светильников он казался явившимся из иного мира духом, а то и богом.

Он вытащил леопардовые передник и головную повязку отца и надел их на себя. В глазах Ерати это должно было быть страшным кощунством — сын не имел право носить эти вещи до посвящения. Но она смолчала.

А новый Ойно снял со стены массивное копьё Таура с широким кремнёвым наконечником и повернулся к матери.

— Пойди к старейшим и скажи, что я жду их на крыше главного святилища. — сказал он негромко, но тем же непререкаемым тоном.

С этим словами он подошёл к домашнему алтарю, взял с него статуэтку Триединой и поднялся к потолочной двери.

Помедлив несколько минут Ерати бросилась вслед за ним.

По пути Бхулак отломил голову Великой Матери и бросил сломанную статуэтку в смердящее отхожее место между домами. Тьюи предупредили его не ниспровергать сразу достоинство Триединой — люди плохо переносили такие резкие перемены и стали бы сопротивляться.

Он добрался до крыши самого большого святилища, в которое всё поселение ходило молиться в особо важных случаях, и стал терпеливо ждать, опершись на отцовское копьё. На эту и соседние крыши собираться любопытствующие люди: Ерати быстро разнесла известие о появлении считавшегося уже мёртвым сына. Вскоре пришла и она, но не подошла к Бхулаку, а остановилась в отдалении, в упор глядя на него.