Палач Эвенкии

Полковая рация передала в Ванавару о том, что отряд с документами вышел. Полк пока держится, однако силы не равны. На случай, если повторная радиосвязь не случится, радист передал координаты для авианалёта, так как здесь зафиксирован крупный прорыв врага.

На юге упыри наконец–то добрались до последней третьей линии. Пушки замолчали, истратив весь боезапас. К совершенно безумному смраду упыриных тел примешался запах гари и лес наконец–то услышал крики бойцов. До этого молчавшие, тихо неслышно молившиеся либо проклинающие эту жизнь и этих тварей, они сейчас начали безумно кричать, отходя на всё более дальние рубежи обороны.

Три взрыва с разницей в пару секунд прозвучало на юге. И из темноты на комполка выпал окровавленный человек. Он упал на колени, но очень быстро поднял голову и неведомым никому усилием поднялся на ноги: “Они внутри…” – одними губами прошептал боец, но в усиливающимся хаосе звуков Орлов-Сокольский прекрасно его услышал.

– Резерв на юг! – закричал он, снимая пистолет–пулемёт с плеча, – Задержать тварей!

Несколько ярких вспышек, сопровождаемых нечеловеческими воплями, осветило лес на северо–западе.

Полина открыла дверь квартиры сразу же, как только Пётр поднялся на лестничную площадку, словно караулила его. Москвич неловко поздоровался и вошёл.

– Разувайся, проходи внутрь. – она закрыла за ним дверь и нырнула внутрь квартиры, продолжая откуда–то уже изнутри – Кабинет прямо по коридору, я чай сделаю и вынесу вам.

– Да, хорошо, – неловкость не покидала его, ещё в голове засела мысль, что он поступает сейчас донельзя глупо.

– Отец закончит и подойдёт. – послышался голос Полины, который заглушил звон посуды.

По какой–то неведомой причине Пётр решил не пойти на голос девушки, а последовать её совету и пройти дальше по коридору. Первая комната была закрытой, зато дверь в следующую была приоткрыта.

Он вошёл и обомлел. Снова вернулась в голову мысль, что идти на встречу с туруханским шаманом – глупость, ничего он не скажет путнего, а ещё и неровен час и денег попросит за разговор! Комната же была чисто шаманским логовом, так он и представлял в своей голове эту квартиру и немного удивился, когда увидел вполне обычную хрущёвку. Но эта комната была наполнена таким количеством мохнатых вещей, развешанных по стенам, что вариантов, кто в ней живёт, не оставалось.