Палач Эвенкии

Хотя, они безусловно стали той стихией, как та, что смывает деревни при резком подъёме воды в реке по весне. Или сжигает посёлки при сильном ветре и степном пожаре. Они не обладали своим, тем более коллективным разумом, но лишившись единого начала, своей предводительницы, они смертоносной волной нахлынули в тот мир, за который до этого боролись Баюртах и Баай–Баанай. И который на миг подумал, что ужасная старуха смогла победить.

Герхард Кеппель, настоятель приюта при Общине Покрова Пресвятой Богородицы всегда держал в своём шкафу графин.

И всегда графин этот был полон обжигающей жидкостью. Как говорил сам Герхард: “На особый случай”. И сейчас по Кристиану Новаку было видно, что случай как раз такой, особый. Не такой, как обычно.

– Кристиан, Вы же европеец. Вы же образованный европеец. – Герхард Кеппель налил стакан коричневой настойки и протянул своему сослуживцу, – И Вас испугал простой заяц и бредни этого эвенка?

– Герхард, Вы же сами видели этого зайца, тогда, по осени, когда только Штраус пропал.

– священник поперхнулся от большого глотка, но всё–таки восстановил дыхание.

– Иногда заяц – это просто заяц. – настоятель приюта прошёл до окна и посмотрел на тёмную улицу, – Если бы эта тварь Вас и правда преследовала – сейчас бы она следила за нами с улицы, а там пусто.

– Не ёрничайте, прошу. Эта тварь, кем бы она ни была, явлилась в дом Божий! – Кристиан почти перешёл на крик, – Я видел её в приюте, когда кричал Карл. Я видел её во дворе. Но я был уверен, что если эта тварь реальна, то она не сможет переступить порог божьей обители.

– Кристиан, мы живём в двадцать первом столетии… – начал настоятель свою речь, по прежнему внимательно изучая улицу за окном, – И в двадцать первом столетии нет места дремучим суевериям прошлого. Чёрные зайцы? Забытые боги? Чумы, полные человечьих черепов? Всё это осталось там, – он отвернулся от окна, – В дремучей темноте первопроходцев. Тогда да, всё это могло случаться. Но сейчас я скорее поверю в хакеров, которые взламывают мой компьютер, чтобы следить за мной по веб–камере, чем в явление чёрного зайца, который пришёл, чтобы сделать кого–то из живых кем там?

– Кара–Бааем.

– ответил глухо Карл, смотря в одну точку на полу, затем отхлебнул из стакана настойки, – Герхард, думаете, я сошёл с ума?

– Нет, я думаю, что Вам надо отдохнуть. Вы вполне в своём уме, но усталость порой приобретает причудливые формы. Где сейчас этот Тимофей Бончуков?

– Я его поселил переночевать в приюте.