Женщина с изъяном

Тот поймал его с легкостью, быстро взвесил в руке, пытаясь просчитать сумму откупа, который маркиз готов был дать им за меня, а потом посмотрел на свою добычу.

Оставаясь за спиной Даниэля, я видела, как расширились его зрачки, а краска отлила от лица окончательно. Пальцы святого брата дрогнули и тут же разжались. Отброшенный им, как ядовитая гадина, кошелек с глухим звоном упал на мраморный пол.

– Вы… Вы!.. – голос священника тоже сорвался. – Вы прОклятое чудовище, Лагард! Такое же порождение Нечистого, как эта тварь! Я буду усердно молиться, чтобы Боги покарали вас!

Руперт едва различимо хмыкнул, а вот Даниэль остался невозмутим, только отвесил ему в меру глубокий и очень вежливый поклон:

– Я буду с нетерпением ждать этого часа.

Глава 20

Теперь тишина оглушала.

Я вернулась в библиотеку, отказавшись от возможности наблюдать, как посрамленная святая братия убирается восвояси, не желая слышать, как Руперт тихо и недобро рассмеётся им вслед.

Святой брат со своими помощниками в крысиных одеждах даже со всеми своими навыками не были ему ровней, и уж точно не смогли бы приблизиться к Лагарду.

Едва ли я справилась бы с ними сама, если бы они навалились толпой, но это было уже… Не важно.

Не в силах унять дрожь, я прошлась по комнате, а после опустилась в кресло и сцепила пальцы на животе.

Ни одной связной мысли, ни одного до конца оформившегося чувства не было. Только усталость. Усталость и стыд, а еще желание лечь спать и как можно дольше не просыпаться, сделать вид, что не осталось ничего такого, что мне стоило своему пока еще мужу объяснить.

За эту трусость я себя почти ненавидела.

Сбегая от пришедших за мной церковников три года назад, я не позволила себе бояться, не поддалась сомнениям ни на секунду, а теперь не знала, как приблизиться к Даниэлю.

Достаточно было уже того, что о моих проблемах со Святой Церковью он узнал не от меня.

Обо всем прочем он, конечно же, не спросит. Предпочтет оставить все как есть, считать, что на самом деле я не была ни в чем виновата, и все претензии святой братии ко мне есть следствие лишь их греховных желаний и плод не в меру разыгравшегося воображения.

Вернее, он позволит мне разрешить ему считать так.

Запустив пальцы в волосы, безжалостно портя собственную прическу от отчаяния и досады, я напомнила себе, что так нельзя. Не с ним. Не после всего.

Я должна была собраться с духом и встать. Прекратить прятаться в библиотеке и пойти к нему, чтобы…

– Значит, леди Алиса? Тебе идет.