Остров жизни

Вскоре Гай отправился на «тайную» тренировку, Зое же, не особенно расстроившаяся из-за последнего, осталась дежурить у пепельного дома, что покосился в центре ряда, да слушать байки.

Что скальд говорил? Это не передать! Пересказать разве что, но боюсь, что только на перечисление бесчисленного множества подвигов уйдёт чересчур много времени. Стоит упомянуть лишь, что упоминалось восемнадцать вепрей, три взбесившихся быка, каждый со своей историей, и ровно сорок девять уток, каждую из которых сэр Буд бил почти не целясь и всякий раз точно в сердце.

Мыслями Зое понимало, что всё это неправда и не более чем сочинительство, но, как и всегда, мысли её шли отдельно, не особенно влияя на действия. Как и все, она сидела чуть ли не раззявив рот, наблюдая за порхающими, будто те существовали отдельно от прочего тела, пальцами.

Едва различимый звук послышался со стороны дороги, и тут же, оборвавшись на полуслове, скальд сорвался со ступеньки, устремляясь по высокой траве навстречу. Это что-то новое. Впервые за полгода Пенин пригнал коров почти без опоздания, и вот неожиданность – ни одна не пропала.

Чудо случилось, однако, на сей раз это отчего-то не особенно порадовало.

«Сумасшедший, под самые копыта ведь лезет!»

Испугавшись, казалось, больше скальда, Пятнашка посторонилась, отведя голову и трубно замычав. Зое было откровенно жаль бедное животное.

– Да цела она, – поспешила вклиниться девушка, видя, с каким интересом мужчина смотрит на круторогую. – Все целы. Миновало на сей раз.

– Вы думаете? – переспросил сказитель, глянув на Зое так, будто только её заметил.

– А это… нет, просто пятно. Жаль, весьма неплохо бы могло выйти.

Такой подход Зое отнюдь не одобряла, и всё ж сознание её тут же пропело: «… мимо пасти с клыками, что в забуревшей крови».

– Клыки в багрянце, кровь в огне. Откуда выполз ты, из бездны? Мы не позволим жить тебе, на озере близ Визы.

«Ого!» Девушка бросила удивлённый взгляд.

– Да, так лучше.

– Зое!

Она не сразу узнала голос. Знакомый с детства, он всё ж таки звучал совершенно иначе.

С надрывом и даже сверх того. Испуг и крайняя степень волнения звенели, и лишь усилие воли сдерживало их в лице и жестах. Одного взгляда хватило, чтобы Зое вдруг сделалось не по себе.

– М… мама?

Волосы женщины сбились, а несколько выбившихся прядей прилипли ко лбу. Столь редко покидающая дом, Марта совершенно не смотрелась на фоне сухого камыша, в глазах её читалось неподдельное беспокойство.

– Ивес. Где он?

Гай долго жевал этот вопрос.