Приют изгоев

 

***

Рослый мужик, одежда которого состояла из огромных мешковатых младенческих ползунков и младенческой же распашонки, внимательно прочитал протянутую ему Акилом бумажку, мрачно оглядел Батена, оценивая не столько его вид, сколько габариты и вес, произнес:

― По кишке, как я понимаю, ты ни разу не спускался.  

― Что? ― не понял Батен, но мужик не обратил на его вопрос внимания. Пробормотав «понятно», он удалился в стоящую неподалеку будку вроде нормальной конуры-переростка, и вернулся оттуда, неся в руке белый сверток.

― Надевай, ― бросил он, протягивая сверток Батену, и добавил: ― Поверх. ― А сам отошел к будке, где принялся задумчиво разглядывать установленные в специальных крепежах рядком у стены будки разнообразные по длине и форме палки вроде шестов для катания на лодках по мелкой воде.

Сверток оказался точно такими же ползунками с распашонкой, что были на мужике, и, повертев в руках, Батен кое-как натянул их поверх своей одежды; сразу стало жарко. Рукава были Батену сильно длинны.

Пока он их пытался закатать, мужик вернулся к нему с длинной толстой палкой на плече. Ни говоря ни слова, он пресек попытки Батена справиться с рукавами, осмотрел его со всех сторон, развернув спиной к себе, запихал в оказавшийся на спине карман Батеновы пожитки.

― Пошли, ― кивнул он и направился к настилу.

Батен, едва не волоча рукава по земле, пошел. Ему было немного не по себе.

Акил следовал за ними по пятам, глазенки его горели неподдельным интересом.

― А ты бы шел, пацан, ― остановил его, не оборачиваясь, мужик.

Акил остановился.

― Дядь Батен, так ты не забудь про драконов, ладно?

Батен обернулся и неуверенно улыбнулся ему:

― Не забуду. Если живым останусь, конечно, ― произнес он, скорее для мужика, чем Акилу.

Мужик услышал и пробурчал недовольно:

― Останешься, останешься.

Они остановились на краю одной из ям-очков. Батен с опасливым любопытством глянул вниз. Вместо отверстой пропасти он увидел воронку из шелка, белым конусом уходящую куда-то вниз и в бок; края воронки были закреплены ободом на настиле.

Мужик поднял руки и коротко велел Батену обхватить его сзади.

― Как? ― не понял Батен.

― Да уж не как бабу лапают, ― ответил мужик. ― Покрепче.

Батен неловко обхватил его крепкий торс, и тут же ткнулся головой в твердый затылок проводника, который ловко подхватив болтающиеся концы рукавов Батеновой распашонки, быстро и накрепко припеленал ими Батена к себе, да так, что тот не мог пошевелиться.