Приют изгоев

Хаско с поклоном приняла список и исчезла, чтобы отдать необходимые распоряжения.

Морайя между тем вышла в сад и по широкой лестнице неспешно спустилась к озеру. Хаско догнала ее, ничуть не запыхавшись, и пошла сбоку и чуть позади.

Ступени лестницы уходили прямо в воду, и здесь к массивному бронзовому кольцу был привязан украшенный резьбой челн. Хаско сноровисто отвязала лодку, помогла перейти в нее госпоже, взошла сама и оттолкнулась шестом.

Озерный павильон располагался на сваях посреди водной глади; Морайя удалялась сюда для проведения своих магических опытов, и никому, кроме Хаско, не разрешалось переступать его порог.

Первый день Морайя предавалась медитации ― готовилась к волшбе.

Делание началось на рассвете.

Специальной золотой меркой княгиня Морайя налила в фарфоровый сосуд кварту коровьего молока, кварту овечьего, кварту оленьего, кварту верблюжьего; разбила в эту смесь одно яйцо перепелки, два голубиных, три куриных, четыре гусиных и пять яиц дрофы; добавила растертые в пыль пять видов семян, взятых по одной унции; уколола серебряной иглой палец и уронила в сосуд капельку собственной крови.

Это было лишь начало; теперь следовало привлечь магию.

Морайя зажгла семь светильников с благовонным маслом и поставила в углах нарисованного вокруг очага семиугольника.

...Те из дворни, кто в час заката посматривал в сторону Озерного павильона, увидели, как окна его озарились вдруг ярким сиреневым пламенем, которое медленно угасало всю ночь.

Дни шли.

Морайя не покидала озерный павильон. Хаско не было ни слышно и ни видно; просто в столовой словно сами собой появлялись завтраки обеды и ужины, в спальне утром сам по себе возникал порядок, а в ванной всегда ждала  княгиню горячая вода.

В очаге, на котором стоял сосуд, поддерживался постоянный жар, а княгиня продолжала творить заклинания. Однако чем ближе был конец, тем больше нарастало в ее душе опасение, что Делание может не состояться, что ею забыта какая-нибудь мелочь, из-за которой все хлопоты пропадут в тщете, и все придется начинать сызнова.

Дни складывались в недели, недели в месяцы. Морайя продолжала жить затворницей. Хаско первое время еще привозила письма, которые приходили в имение, но княгиня их не читала, чтобы не отвлекаться мыслями от магического опыта ради придворных сплетен.