Приют изгоев

Потом придирчиво осмотрела Адхаферу, негромко сделала какое-то замечание; Адхафера нехотя поправила кружево, прикрывающее декольте.

Успели они, что называется, в последнюю минуту.

Едва они отдышались от спешки, как, прервав музыку, пропели громкие трубы и герольды возвестили, что Высочайшее Семейство удостоило бал своим присутствием. Все взгляды обратились к большим двустворчатым дверям позади парчовых кресел.  

Но прошло не меньше двух минут, прежде чем двери открылись, и из них, в сопровождении нескольких дам, вышли Императрица и Его Дочь.

Впереди, на шитых золотом подушках,  вынесли две короны: большую, усыпанную сверкающими бриллиантами, пламенеющую рубинами, — и поменьше, украшенную бриллиантами и изумрудами — они символизировали присутствие на балу самого Императора и Его Матери.

Будто легкий ветер прошел по зале: дамы опустись в глубоких реверансах, кавалеры преклонили колени. Только небольшая горстка людей — знать самого высокого ранга и Эйли, разумеется, тоже — ограничилась небольшим поклоном.

Жена Императора подождала, пока подушки с коронами поместили на центральное и правое кресла, подошла к левому, чуть склонила голову, увенчанную сапфировой диадемой, приветствуя собравшихся, и сказала негромко, однако достаточно, чтобы в наступившей тишине ее слова прозвучали на весь зал.

— Встаньте, благородные господа, — после чего села.

Дамы ее свиты, оказавшиеся рядом, как бы между прочим расправили платье Императрицы и уложили его красивыми складками; кавалеры встали с колен и дамы поднялись из глубоких  реверансов.

Дочь Императора, бледненькая девушка лет пятнадцати в простом розовом платье, подошла к князю Сабику и протянула ему руку для поцелуя:

— Добрый вечер, брат.

Сабик склонился к ее руке.

— Матушка приглашает вас на завтрак, — Дочь Императора убрала руку. — Надеюсь, вы завтра не заняты?

Для Сабика приглашение Императрицы было необыкновенно важно: оно подтверждало его высокий ранг и близость к Дому. Конечно, хорошо считаться Сыном Императора, однако ж надо помнить, что его мать была хоть и красивой, но все же недостаточно родовитой, чтобы стать Женой Императора.

Сам Император признал его Своим Сыном, но не усыновил — есть такая довольно унизительная разница в степенях родства, и Сабик относился к ней довольно болезненно и ревниво добивался внимания к себе Императора и доброжелательности Его Жены.

Он степенно подошел к Императрице поблагодарить за приглашение.