Скиталец: Воробьиные ночи

Стоявшие рядом и наблюдавшие за их разговором мужики побелели, переглянулись, но никто не посмел перечить. Морен немедленно собрал свои вещи, вывел коня из стойла и галопом погнал его к мельнице.

Грибы к тому часу ещё не просохли и над травой не поднялся смог, когда он ступил на неё, но Морен не знал, сколько времени им потребуется, и потому привязал коня за мельницей среди посевов, вбив в землю походный колышек. Махом преодолев два пролёта, он влетел к Каену и прокричал с порога:

— Собирайся, немедленно!

Напугавшись, тот выронил уголёк из рук, но даже не начал подниматься и что-то делать.

— И не подумаю, — ответил он. — Я ведь сказал тебе уже…

— Мне надоело твоё упрямство, — перебил его Морен. — В деревне погиб юноша, а дочка старосты повредилась рассудком. Похоже их ударило молнией, но все думают на тебя, и мне сейчас не до твоих шуток.

Каен распахнул глаза в удивлении.

— Но я здесь не при чём!

— Им это объясни! — Морен ударил кулаком по столу, заставив Каена вздрогнуть. — Завтра здесь будут Охотники, они не станут с тобой церемониться, и если не уберёшься отсюда, тебя ждёт костёр.

Услышь меня, наконец, я пытаюсь спасти тебе жизнь!

Каен молчал, лишь долго и пристально смотрел на него. И верно, что-то прочёл в его глазах, потому что согласился без споров.

— Ладно. Хорошо. Помоги мне собрать вещи.

Будто бы могло быть иначе. Пока Каен разбирал, складывал и старательно заворачивал в ткань аппаратуру и инструменты, Морен скидывал в сумку исписанные его рукой журналы, свитки чертежей, книги и различную мелочёвку.

Собрать и вывести всё за пару часов было невозможно, но Морен заверил Каена, что за остальным они вернутся после. Сейчас было важно взять самое необходимое и создать видимость, что чародей покинул мельницу окончательно.

А между тем стремительно темнело. Тучи так и не отступили окончательно, растянувшись по небосводу пеленой серебрённого смога, скрыв лунный и звёздный свет. Дождь они не предвещали, но ночь обещала быть тёмной. Ближе к полуночи вдали показалось огненное зарево.

Морен не смог оставить его без внимания и, выглянув в окно, долго всматривался в движущийся, подобно змее свет огней, пока не понял, что же это.

К ним от деревни направлялась толпа людей. Они несли в руках факелы, освещая себе путь через пшеничные колосья, достававшие каждому до груди или пояса. Не меньше трёх десятков мужчин, вооружённых топорами, мотыгами и вилами. Когда они подошли ближе, воздух наполнил напряжённый гул их голосов, а во главе колонны шёл Брослав.