Экзорцизм – дело для профессионалов. Пролог

Когда Амалия впервые увидела Джона и Марли, она сразу же поняла, о чем говорила бабушка, рассказывая о счастье материнства. Честно говоря, тот разговор она подслушала. Ей было десять, вместе с мисс Роуди она закончила рисунок акварелью, и гувернантка разрешила показать его матери, но когда Амалия подошла к дверям гостиной, то услышала голос бабушки:

– Избель, дорогая, сколько лет уже прошло с рождения первенца? Да еще девочки! Дональду нужен наследник!

Ответа матери Амалия не расслышала, но голос бабушки стал холоднее и звонче:

– Дети и дом – главная твоя задача.

Каждый раз, когда ты видишь маленькие ручки и ножки новорожденного, когда видишь, как он растет, меняется, как улыбается – на тебя опускается понимание истинного предназначения! В нем – благо и смысл…

В десять слова «истинное предназначение», «благо», «смысл» и другие, произнесенные бабушкой, не тронули души Амалии, но спустя пять лет она вспомнила их: новая кухарка вошла в дом, и за ней чинно шагали Джон и Марли. Одетые просто, но чисто, явно смущенные вниманием господ и других слуг, они казались столь трогательно-беззащитными, что Амалию затопило отчаянное тепло.

А каким могло бы быть это чувство, если бы дети были ее? С того момента Амалия твердо решила стать лучшей женой и, конечно, матерью.

Совсем не похожей на ее собственную.

– Привет, – ласково поздоровалась Амалия, – а что вы тут делаете? Разве не время сейчас помогать матушке на кухне?

По тому, как переглянулись и потупились двойняшки, Амалия поняла, что улизнули они тайком.

Ей стало интересно, почему же столь послушные обыкновенно дети решили пойти на проступок?

– Вас отпустили поиграть, верно?

– Да! – ухватился за подсказку Джонни. – И мы…

– Мы решили посмотреть на двойную могилу! – выпалила Марли, брат неодобрительно покосился на нее, но промолчал.

«Наверное, одним идти страшно, вот и проболтались», – подумала Амалия и почувствовала, как по рукам пробежали мурашки – ей точно было бы страшно!

– Что еще за могила?

Двойняшки снова замялись: Марли принялась теребить передник, а Джон ковырять носком землю.

– Только не рассказывайте матушке, леди Амалия, – наконец решился Джонни, – нам борроуфановские рассказали…

– …что за садом похоронена леди, что здесь до нас жила! – взволнованно перебила его сестра.

Амалия только брови удивленно приподняла: хоронили обычно на кладбище у церкви или часовни Спасителя! За садом, насколько знала Амалия, никаких церквей-часовен не было. Впрочем, она и о могиле впервые услышала.