Вдали от Камелота

— А это мы посмотрим, — сказала Изольда Белокурая. — Сэр рыцарь, позвольте вашу руку, — обратилась она к Тристраму. — И свою подругу возьмите под локоток. Давайте-ка подойдём к зрителям, пусть они судят, которая из нас красивее.

Сэр Тристрам нахмурился, но не мог отказать даме. Трижды обошёл он поле по кругу, ведя перед зрителями обеих Изольд, и все признали, что Изольда Прекрасная и Изольда Белокурая одинаково хороши и различить их невозможно.

— Я теперь и сам не пойму, — сказал сэр Брюнор, — которая из вас дочь короля Ангвисанса, а какая — спутница этого рыцаря, — он указал на сэра Сегварида.

И правда: ни лицом, ни одеждой дамы друг от друга не отличались. Но сэр Сегварид ни за что не спутал бы одну Изольду с другой. Изольда Прекрасная — живая, пылкая, отрадная взору, будто солнце после долгой зимы. А Изольда Белокурая холодна, точно змея. И как только другие этого не видят?

— Я Изольда Ирландская, королевская дочь! — воскликнула Изольда Прекрасная в гневе. — А эта девица — самозванка!

Сэр Брюнор засмеялся.

— В тебе говорит спесь, госпожа. Такое сходство не бывает случайным и не передаётся только от одного родителя. Твой отец или твоя мать не могли прижить эту девицу на стороне, обе вы произошли одновременно из одного чрева и от одного семени. А если ты никогда не слышала о своей сестре, так чему удивляться? Все знают, что близнецы — это к несчастью. Глупое поверье, но живучее! Изольду Белокурую удалили с глаз долой, чтобы избежать пересудов. Но судьбу не обманешь. Вам на роду написано быть вместе.

Сэр Тристрам взял Изольду Прекрасную за руку, заглянул ей в лицо. Молвил тихо:

— Не бойся, возлюбленная моя. Покуда я жив, никто тебя не обидит.

Он тоже разглядел правду за внешним подобием.

— Верно: покуда ты жив, — подхватил сэр Брюнор. — А ты, — он повернулся к Эйдин, — хоть и красива редкостно, но даже с одной Изольдой тягаться не можешь, не то что с двумя. Ты потерпела поражение.

— Погоди, господин мой, — обратилась к нему Изольда Белокурая. Голосок чарующий — будто голубица над птенчиком воркует. — Постой. Леди Эйдин жена сэра Сегварида, и за ним право распоряжаться её жизнью.

— Всё равно она недостаточно красива, а значит, должна умереть. Где мой меч?

— Нехорошо так поступать, — мягко упрекнула Изольда Белокурая. — Разве твоё рыцарское слово ничего не стоит? Убив эту даму, ты нарушишь собственное установление.