Ночь Святого Варфоломея

Но теперь он оказался заявлен участником плана Варфоломеевской ночи, которая предполагала убийство тысяч людей, настоящую бойню – массовые убийства гугенотов Франции католиками. По расчётам – цифры совпадут. По факту – эти люди уже умерли – архивы Абигор всё-таки поднял, но… как приложить к этому руку, если ещё недавно ты был уверен, что сохранишь себя в хоть какой-то чистоте?

Сельдфигейзер не потому бегал от власти и карьеры, что боялся ответственности или не желал трудиться, а потому что хотел вернуться, вернуться и снова прожить, и выбрать, наконец, так, чтобы больше не быть демоном.

И, разумеется, участие в Варфоломеевской ночи перечеркнуло бы все эти мечтания.

Сельдфигейзер полез в архивы, надеясь прочесть, что эти «гугеноты» – злодеи. Но, порывшись в секциях, понял, что они ему даже больше по душе, со своим отрицанием современных трудов о божественных писаниях и верой в то, что спастись можно без церкви, молитв и роскоши – помыслы важнее.

Совесть в демоне – вещь смешная. Но, зараза, неумолкающая. Сельдфигейзер знал, что придётся приложить своё имя к свершённому, но одновременно несовершенному ещё событию, и знал, что это отвернет его от возвращения, даже теоретического, и не понимал, что ему с этим делать.

В конце концов, изощрённый ум Сельдфигейзера подсказал: тебе нужен совет. У демонов советоваться не принято – само собой, информация – оружие, а совет – добродетель, которая вопьётся в твоё горло ржавым крюком.

Но, может быть, не с демонами и надо советоваться?

Сговор с ангелами – даже попытка этого сговора, путь в Ничто, казнь. Но сейчас Сельдфигейзера это мало пугало, всё лучше, чем вечное прозябание в Подземном Мире. Нужно хотя бы попытаться! Так?нужно попытаться выторговать себе шанс!

Или погибнуть и не мучиться больше никогда.

Кто ищет, тот найдёт. И в тот час, когда свежий августовский воздух тысяча пятьсот семьдесят второго года ещё не был осквернён запахом крови и пожарищ, когда тяжёлая воля смерти только собиралась над Францией, Сельдфигейзер оказался перед Архангелом Михаилом, решив испытать судьбу и либо выиграть, либо окончательно проиграться.

***

–Ты радеешь за себя! – глаза Михаила блеснули стальным блеском.