Скиталец: Живая кровь, мёртвая кровь

В горах и днём-то опасно, а ночью подавно. Пусть поспит, утром Митька её сопроводит.

Морен с неохотой кивнул, признавая правоту командира. Митька ускакал, сразу пуская коня галопом, и его силуэт растворился в сумраке.

Дмитрий помог девочке выбраться из седла, увёл её кобылу к остальным. Морен же пристально наблюдал, изучая, и девчонка ёжилась под его взглядом. Простой, но добротный кафтан с соболиной оборкой, шапка из того же меха, новенькие, будто только от мастера, валенки. Подойдя к костру, девочка сняла варежки и подставила руки огню.

— Кто ты?

Девчонка вздрогнула от испуга и тут же выпалила, зардевшись от злости:

— Служанка я! Во дворце царице прислуживаю!

Морен сощурился, чувствуя, что тоже начинает злиться.

— Врёшь, — процедил он. — По рукам вижу, что врёшь.

Девчонка округлила глаза и тут же потупила их. Ручки её были нежные, ухоженные, они не знали никогда работы, так что Морену не составило труда догадаться, кто перед ним.

— Отец знает, что ты здесь? — спросил Морен.

Она замотала головой.

— Мне Кощея надо увидеть.

— Ишь, что удумала! — встрял в разговор командир, тоже начиная багроветь от этих её слов. — Утром назад поедешь, и никаких «но»! Царь нам голову оторвёт, если с тобой что случится.

— Нет! — воскликнула она и по-барски топнула ножкой, сжимая кулачки. — Не знает отец, что я здесь, а коль узнает, сама я сбежала! Не тронет он вас, не дам я ему.

— Станет он мелкую пигалицу слушать, да ещё и после такого, — возмутился командир.

— Зачем тебе вообще Кощей? — вмешался в разговор Морен.

— Говорю же, знает он меня. Не вру, ей-богу, не вру, я помочь хочу.

— Из того, что ты говоришь, одно слово правды, четыре — лжи. Почему я должен тебе верить?

Она открыла было рот, явно собираясь сказать что-то… но так и не придумала что, поэтому захлопнула его, не молвив и звука, лишь потупила взор.

Скрипнула поломанная ветка, застучали копыта. И тишину леса разорвал голос Митьки:

— Шатун!

Глаза Морена вспыхнули мгновенно. Опасность ещё не показалась, а он уже выхватил меч и приказал девчонке:

— На дерево, живо!

И, видать, было что-то в его глазах, на лице или в голосе, потому что та подчинилась немедля. Началась суматоха. Дружинники забегали кто куда, кто-то бросился к лошадям.