Кровавый цвет вина

У его ног вился косматый щенок и заливался веселым лаем. Все мои страхи растаяли, словно сахар в чашке горячего чая. Меня более не волновало, что кто-то может нас узнать, не волновал мой простоватый внешний вид. Как же хорошо, когда за тобой никто не следит, как же хорошо быть свободной!

Сменяя улицу за улицей, мы перешли широкий проспект и оказались на набережной. Она была построена из светло-серого камня и даже поблескивала – до того была новой. По широкой реке Ильзе, перерезающей Ивельдорф почти ровно напополам, неспешно плыли лодки и парусники.

В лицо мне дул приятный ветер с кисловатым речным запахом. Мои волосы окончательно растрепались, но я не обращала на это внимание. Мне нравилось, как в них путается ветер.

- Вы правы, это самое приятное место в Ивельдорфе! - сказала я, - Дух захватывает!

Фреда созерцание реки не привлекало. Он повернулся к ней спиной и облокотился на каменное ограждение. Он смотрел на меня, но не так как вчера. В глазах его читалась дилемма, будто он столкнулся с чем-то из ряда вон выходящим и решал, как быть.

Я тоже смотрела на него. Смотрела и потихоньку осознавала, что дух мне захватывает вовсе не из-за живописного вида, а из-за того, что мною любуются, из-за того, что ради встречи со мной забывают об обязательствах, рискуют попасть под отцовский гнев. И кто! – сам принц! В сердце алым цветом распустилась гордость. Это значит, настолько я красива? Настолько способна увлечь?

- Зачем вы так смотрите? - я отвела глаза и собрала разметавшиеся волосы под капюшон.

- Потому что я влюблен в вас.

Это прозвучало так же просто, как и все, что он говорил. У меня во рту спутались слова, я снова опешила.

- ...Что ж, мне говорили, что вы очень влюбчивы.

- Кто? Фон Леер? Не верьте. У нас с ним взаимная антипатия.

- Даже если он солгал, разве возможно влюбиться в человека, которого знаешь меньше суток?

- А чего тянуть? - Фред задумчиво посмотрел вдаль, - Жизнь коротка, хрупка и мимолетна. Тем более в столь опасное время. Сегодня мы веселимся на балах и гуляем по городу, а завтра ррраз! - он резко хлопнул в ладоши, - и революция: и вот уже моё бедное тело с десятком пуль внутри остывает у кирпичной стены, а вы, утирая со щек разбитые надежды, на пароходе бежите в Ауру.

Я зябко повела плечами.

- Что за ужасы вы говорите!

- Не ужасы, а всего лишь возможные риски. Завтра может не быть, зато сегодня я имею счастье видеть вас, говорить с вами, держать вас за руку.

Мне следовало что-то ответить, но что? Я растерялась.