Кровавый цвет вина

Поэтому твой папаша никогда не посмеет сделать что-то, что могло бы вызвать мой гнев.

Он переменил позу и обнял меня нежнее.

- Прошу, не уезжай, дождись утра.

Меня не нужно было упрашивать. Я была так восхищена, так очарована, что не сдвинулась бы с места, даже если бы мне приказали немедленно садиться в экипаж. Вдруг мне стало отчетливо ясно, какое качество в мужчинах привлекает меня сильнее всего – власть. Этот его тон, полный превосходства и бунтовской безнаказанности, вызвал во мне такое необузданное желание, что я сбросила с себя одеяло и повалила его назад в самом диком и сладострастном поцелуе.

Глава 22 О кошмаре

Я прислонилась виском к стеклу и глубоко вздохнула. Улицы заполнял тяжелый молочный туман. Словно плотная полупрозрачная ткань он висел на крышах зданий, фонарях и макушках багряных деревьев. Карета везла меня обратно в Старый город.

Мне не было страшно или хотя бы тревожно. Кажется, сегодня ночью я израсходовала недельный запас паники и потому теперь была спокойна. Разговора с отцом не избежать, однако до вечера он будет на службе, а значит у меня в запасе имелся целый день, чтобы привести мысли в порядок и подготовиться.

Экипаж остановился у ворот. Увидав солдат охраны, я сначала смешалась – что они подумают, глядя на то, как я возвращаюсь домой утром? – а потом махнула рукой: ради меня принц готов поднять восстание, что мне до мнения какой-то челяди! С самым будничным выражением лица я подошла и поздоровалась. Мне поклонились и отворили без лишних промедлений.

Вот видишь, Майя, а ты боялась! В точности то же самое повторилось и с дворецким Хельмутом. Зная его страсть совать нос в чужие дела, я ожидала, что он спросит, где я пропадала, но нет – Хельмут молча взял у меня пальто и вернулся к своим обязанностям.

Мне до того сделалось спокойно, что самой страшной дилеммой в этот момент стала первоочередность завтрака или ванны. Подумать страшно – в последний раз я ела что-то существенное вчера около трех часов дня! Нужно немедленно отыскать фрау Шмидт и справиться у нее, что у нас нынче на завтрак.

Обычно в этот час она хлопотала по хозяйству где-то здесь, на первом этаже… Я остановилась и прислушалась. Дом был до странности пуст. Ни шагов, ни голосов.

-Габри! - громко позвала я.

Ни звука. Даже Хельмут в прихожей притих, словно мышь в норе. Прежде Габри всегда ждала меня едва ли не у двери. Если ее нет, значит… Я сжала руки в кулаки. Кончики пальцев оказались холодными, словно я подержала их в снегу.