Кровавый цвет вина

- Выходит, я отбил тебя у него?

- На самом деле нет, но, думаю, он воспринял это именно так.

- Ты настолько идеально мне подходишь, что становится страшно! Где подвох?

Я рассмеялась. Он снова поцеловал меня.

В четыре руки справиться с клятой застежкой платья оказалось куда проще. С застежкой его кителя тоже. И со всем остальным. Надо признаться, в расстегивании платьев и корсетов Фред оказался не менее ловким, чем Габри. Я даже заревновала его из-за этого таланта. Мы упали на огромную кровать в грубоватом и нетерпеливом танце страсти.

Его руки, его губы не давали мне толком вздохнуть, и в первый раз я достигла дна пропасти удовольствия, когда еще даже не началась основная часть нашего взаимодействия.

Мысль, что никто-никто в целом свете не слышит, не сможет нам сейчас помешать пьянила сильнее любого вина. И я не сдерживалась. Во рту было сухо от стонов. Я в полной мере изведала, что значит отдаться мужчине. Будто загипнотизированная флейтой змея я делала все, что он просил, даже то, что казалось мне совсем постыдным.

Второй взрыв оказался в десяток раз мощнее первого. Кажется, я закричала сильнее, чем было нужно, и так и осталась лежать на животе, будто поверженная в бою. Мысленно я пыталась собрать свое сознание из кусочков, но быстро бросила эту невыполнимо сложную задачу. Моей спины коснулось легкое пуховое одеяло, под которым очень скоро стало тепло и невероятно уютно. Как в детстве. Когда во дворе поместья набегаешься с дворовыми ребятишками, наваляешься в снегу, замерзнешь, а потом возвращаешься домой, и постель кажется теплее и мягче, чем обычно, и спится в такие ночи особенно крепко, особенно сладко.

* **

Не знаю, что меня разбудило. Должно быть, мне снился какой-то сон, и я открыла глаза по его окончании. Комната вокруг была залита темно-синим свечением – взошла полная луна. Фред спал рядом, широко расположившись едва ли не на всю кровать. Тишина стояла всеобъемлющая, густая и такая мирная, будто весь свет настоятельно говорил – «Спи, чего ты всполошилась?» Но я вскочила и села в постели.

Взгляд ощупью принялся искать в незнакомой комнате часы. Хотя, какая разница, который час? На улице тьма, в доме напротив горит лишь пара случайных окон. Сейчас явно не одиннадцать часов вечера.

Ноги под одеялом сами собой взмокли и похолодели. Опоздала. Проспала. Он, конечно же, давно дома. Приехал, а меня нет. Прислуга только развела руками в ответ на его расспросы.