Игра Герцога

– Для меня большая честь быть сегодня рядом с вами! Поверьте, не я один, но и все мои доблестные солдаты ждут не дождутся момента, чтобы выразить своё восхищение вам, о жрица Судьбы!

Все улыбнулись, кроме Солнцева-Засекина. Тот замер в недоумении, не веря своим глазам.

«Это ещё что за фокусы! – не мог понять он. – Ладно, этот служка Антошкин мурлычет, точно мартовский кот, но откуда выплыл этот тип в старомодном мундире? И вообще, что происходит?»

Но удивляться дальше не хватило времени.

– А вот и второй участник сегодняшней Игры! – торжественно воскликнул Гвилум.

Все обернулись, глядя, как по ковровой дорожке уверенно шагает Антон Силуанович. Чуть поправив цилиндр, который чудом не потерялся в лесной свистопляске, молодой барин кивнул, но поздоровался только со своим бывшим слугой:

– Что ж, рад снова видеть тебя, Пантелей! Расстались мы с тобой так недавно, а кажется, уже минула целая вечность!

Тот выпрямился, но посмотрел холодно:

– Я тоже рад, что вы готовы приступить к самой важной части долгого испытания.

– Мне известно многое хорошее о вас, Антон Силуанович, – произнёс герцог, понимая, что не дождётся никаких учтивостей в свой адрес.

Старший Солнцев-Засекин скрипел зубами и сжал кулаки, будто уже был готов растереть младшего братца до мелких крупинок.

– Раз вы здесь, значит, даёте любезное согласие участвовать в Игре? – спросил герцог.

– Разве у меня есть выбор?

– О, мы это как раз обсуждали до вашего прибытия, – вставил фразу Гвилум. – Выбор есть у всех и всегда, в каждое мгновение жизни…

– Выбора нет только по ту сторону черты, где наступает вечность, – добавил Корф.

– Да, – подтвердила Джофранка.

– Что же, тогда пропустим даму вперёд, и пройдёмте к Престолу! – Гвилум торжественно поднял руки. Еремей Силуанович округлил глаза – нет, то были не руки, а крылья ворона!

Первой по ступенькам в шахту спустилась цыганка, её поддерживал за руку чёрный герцог. Следом прошёл Гвилум, положив крыло на плечо молодого барина. Пантелей, с почтением пропустив Корфа и Еремея Силуановича, который сделался задумчивым и даже оробевшим, внимательно осмотрел округу, и глаза ненадолго стали въедливыми, с узкими продолговатыми зрачками и янтарным кошачьим огоньком.

Вскоре и он скрылся за остальными. В тот же миг Фока Зверолов стремительно покинул укрытие на возвышенности, и бросился вниз по склону, оставляя два длинных глубоких следа от скользящих сапог. Он уже обдумал новый план, и тот казался хотя и сложным, но вполне осуществимым.