Песня для тумана

– Я Альвгейр эйп Аквиль! – гордо вздёрнул подбородок обитатель Льесальфахейма. – А ты… ты грязный цверг! Землеройка!

– Я-то цверг, – высокомерно подтвердил низкорослый, – и в хрустальном гробу видал ваш Льесальфахейм с его идиотскими правилами и сотнями королей и королев, роящимися, как мухи над дерьмом. В Мидгарде куда веселей.

– Так проваливай в свой Мидгард, тебе там самое место, – выкрикнул Альвгейр, и юный цверг безошибочно уловил фальшивую нотку в его тираде. А потому оскалился, как маленький волчонок, и вкрадчиво повторил слова отца, которым сам не верил ни на грош:

– Я бы с радостью, да матушке родных проведать захотелось.

А они, вот незадача, живут именно здесь.

Альвгейр скривился.

– Лепреконы! Как их только здесь терпят, жалких пьяниц!

Лицо юного цверга отчётливо позеленело.

– Твой папаша тоже явно не воды хлебнул, когда на смертную бабу польстился. Я даже не представляю, сколько для такого вылакать надо было!

– Ах, ты! – ши-полукровка стремительным движением заехал насмешнику по высокой скуле.

От неожиданности цверг покачнулся и упал, но тут же вскочил, сжимая в руке камень. Черты его слегка вытянутого лица ещё больше заострились, угрожающе заблестели слишком длинные для человека, да и для ши, белоснежные зубы.

– Альв-гейр, – раздельно, нарочно растягивая слоги, произнёс цверг. – Копьё альва. Интересно, какое копьё имела в виду твоя мать, когда давала тебе такое имя? – ухмылка черноволосого была явно глумливой, что только добавляло двусмысленности словам.

– То есть, каждый раз, как тебя называют по имени, имеют в виду это самое… твоего отца?

За всю свою жизнь Альвгейр никогда ещё не был так разъярён. Не думая о последствиях,  о том, что скажет на это бабушка-королева, или, того хуже, отец, он вскинул руки и прокричал заклятие вод. Над головой у него сгустились тучи, река, только что мирно нёсшая свои воды, вздыбилась горбом, ударилась в берег.

Цверг запустил в противника камнем. Ши легко увернулся. Казалось, что увернулся. Но камень, вместо того, чтобы лететь, как это обычно делают камни, неожиданно повернул и ударил юношу в грудь. Альвгейр резко выдохнул, но тут же выровнялся, с ненавистью поглядел на цверга и снова вскинул руки.

Подземные ручьи гейзерами взорвали землю. Река бесновалась. Одна долгая секунда, и кусок берега, на котором стоял Ульв, рухнул в воду.