Отрок московский

Но когда датчане подняли на борт «Бурого медведя» пострадавших от адского пламени людей и рассказали Плешивому, что рыцарь, уже теряя сознание, держался за планширь лодки, то пальцы его левой руки мертвой хваткой вцепились в ворот Свена Кривого, обожженного и вряд ли способного выплыть самостоятельно, Торгейр понял — убивать он никого не будет. По крайней мере сегодня. Вначале нужно расспросить очевидцев и сделать выводы. А там, как получится.

[1] Т.е. 1-го декабря. Адвента — первый праздник римско-католического года — попадает на 3 декабря.

[2] Комит — должность, аналогичная боцману.

[3] Полное название Ордена Храма.

[4] Моя вина (лат.).

[5] Т.е. православных.

[6] Договор между Ливонским ландмайстерством и Датским королевством, касающийся совместной обороны Датской Эстонии от язычников.

[7] Брат-сержант — член духовно-рыцарского ордена рангом ниже, чем рыцарь.

[8] Праздник Святого Николая отмечается 6 декабря.

[9] Рычаг для управления рулем на старинных судах.

[10] Банка — мель.

[11] Бригантин — защита корпуса, состоящая из пластин нашитых или наклепанных изнутри на тканевую или кожаную основу.

Глава 1

хмурень[1] 6815 г. от С.М.

неподалеку от Витебска,

Полоцкая земля, Русь

Мороз игриво пощипывал мочки ушей. Ослепительными искрами переливался нетронутый снег на обочине. Лошади неторопливо шагали, изредка встряхивая головами. Из их ноздрей вырывались клубы пара, хотя, на взгляд Никиты, холодно не было.

Ученик Горазда уже полностью освоился в седле, а ведь поначалу езда верхом казалась ему мукой мученической. Главным образом из-за необходимости ухаживать за конем — седлать, чистить, стреноживать на ночь, выдумывать, где бы добыть корма среди зимы. Да в лесу и летом не просто прокормить шестерых коней — шишки еловые они жрать не будут, кору с деревьев драть на манер лосей тоже. До сих пор выручал старый Мал, холоп загадочной Василисы, благодаря причуде которой друзьям удалось выбраться из смоленского поруба[2].

Вечно недовольно бурчащий дед, краснолицый, стриженный «под горшок», захватил с собой полных два торока ячменя. Надолго их не хватило, понятное дело, но старик не растерялся. Казалось, он знал не только все деревни, примостившиеся вдоль дороги на Витебск, но и каждого смерда, а те, в свою очередь, знали его и всегда с радостью помогали.