Паутина времени

Мы собирались пожениться, но потом все это началось… Я обещал, что женюсь на ней, когда вернусь, но не вернулся, - он немного поник, - Прости, я не хочу… В конце концов, как я могу нравиться тебе? Подумай – я из другой страны, из другого времени, я… - закончить ему не дал еще один бессовестный поцелуй.

От двери донесся резкий приказ разрушить замок и перебить всех, кто в нем находится. На размышление остались считанные секунды.

Вольфганг неуверенно приобнял девушку за талию, чуть привлекая ее к себе, путаясь пальцами в длинных каштановых волосах.

В конце концов… а вдруг это действительно последнее, что они делают в жизни? Вдруг больше шанса не будет?..

Где-то слева раздался первый взрыв; на головы посыпалась каменная крошка. Вольф оторвался от губ Таты и, совершенно неожиданно для себя, широко улыбнулся, силясь сдержать так и разбирающий его смех. Заметив в глазах девушки тень обиды, он покачал головой и, легонько вновь поцеловав ее, шепнул:

- В этом, похоже, вся моя жизнь – война рядом даже в самые сладкие ее минуты.

Я прошу тебя, давай мы сначала постараемся спастись, а уже потом… ладно?

Девушка, поняв, что объект ее чувств, видимо, все-таки отвечает взаимностью, улыбнулась сама, воодушевленно кивая.

- Только обещай об этом после не забыть! – потребовала она, касаясь ладонью его груди, затянутой в мундир и, не дождавшись обещания, выскользнула из крепких объятий немца, хватая его за руку и увлекая за собой, - Спустимся в подвал! Если там даже нет темпора, там безопаснее…

Романтика была забыта.

Вольфганг, шагнувший, было, за неожиданно обретенной подругой, резко затормозил и потянул ее назад.

- Райв говорил, что там был обвал! – зашипел он, - Туда нельзя! Стой! – внезапная мысль прошила его, как молнией, - Темпор… ты помнишь, наверху, на камине стояли песочные часы?

Тата неуверенно кивнула, не совсем улавливая мысль друга. Тот куснул себя за губу.

- Не знаю, поможет ли это… - продолжил он, размышляя на ходу, - Но, если песок в них не заканчивается, и темпор действительно рядом… Считай меня дураком, но не может ли это быть нашей связью с ним?

***

Райвен сидел, крепко привязанный к единственному в библиотеке стулу, опустив голову так, чтобы скрывать лицо прядями темно-каштановых волос, и тихонько хлюпал носом.

Пятеро немцев, собравшиеся здесь же, негромко переговаривались, обсуждая сложившуюся ситуацию и решая, что делать дальше.