Долгая полночь

Я не знаю, что творится в этом городе. Но задерживаться в нем не хочу. Так что придётся поучаствовать в облаве вместе с англичанами. Найду вашего брата, изгоню из него духа и уеду отсюда. Подальше.

— Тогда не стоит мешкать, — Жан проверил, легко ли выходит меч из ножен, и словно нарочно мгновением позже дорогу им преградил священник с бутылью в руках. Жанна натянула поводья, едва не сбив его с ног. Как и отец Фредерик, этот был облачен в простую рясу с деревянным крестом — ещё один доминиканец.

Из переулка позади тут же выскочили солдаты с алебардами, явно ждавшие там всё это время. Шарль, нервно оглянувшись, положил руку на ложе арбалета, но перехватил взгляд Солнечного рыцаря и замер, не пытаясь достать оружие.

— Я сэр Джон Уильямс, рыцарь его величества Эдуарда, — сэр Джон выехал вперёд. — По какому праву вы нас задерживаете?

— Приказом наместника мы проверяем всех жителей города и тех, кто приехал в него, — ответил монах.

На какой-то миг Жанна захотела убить его. Просто ударить браслетом по руке, призвать баргеста и натравить его на монаха, следя, как тот визжит, корчась в пасти чёрного пса. Лишь огромным усилием воли она заставила себя успокоиться и глубоко вздохнула, решив на этот раз не баламутить воду.

— Это разумно, — сэр Джон махнул рукой. — Делайте.

Доминиканец с явным облегчением кивнул и, вытряхнув немного влаги на протянутую руку, стал кропить ею людей. Святой воды он не жалел, а когда закончил, велел всем перекреститься. Жанна угрюмо подчинилась, думая лишь о том, сколько времени они теряют зря.

— Проезжайте, — велел доминиканец, и она ударила коня пятками.

— Мерзкие люди, — проговорил Жан, следуя за ней.

— Вашему совету трудно следовать, когда кровь кипит, точно масло на крепостной стене, — буркнула Жанна. — Да и вы, наверное, с удовольствием зарубили бы монаха на месте.

— Даже если б я и хотел... Так уж вышло, что однажды я дал обет не убивать безоружного. Никогда. Монах мог за себя не бояться.