Погоня за Фортуной

- Государь Иван Васильевич, - заговорил он наконец, - Царь и Великий Князь всея Руси шлет тебе, княгиня, привет свой. Спрашивает - здорова ли?- Слава Богу, здорова, - ответила княгиня, - молюсь за государя, благодарю за милости. Здоров ли ты, слуга царский? Жара на дворе, а ты в бархате да в соболях разъезжаешь.- Отчего же не разъезжать, коли есть, что показать, - лениво отозвался Басманов. - Ты вон на серьги еще мои посмотри, княгиня - нравятся?Ефросинья ударила посохом по настилу с такой силой, что некоторые из сопровождающих женщин вздрогнули и качнулись словно деревца под ветром.

- Ты, холоп, смеяться надо мной вздумал? Я из рода Гедимина, тебе не чета!- Где мне, - так же спокойно звучал ответ, - только одно попомни, княгиня - холопом меня лишь государь назвать смеет, и судить - тоже он будет. Прими подарки царские, не побрезгуй.Старицкая круто развернулась и ушла. Хлопнула дверь.Царские подарки принимали долго, Федька уже замаялся сидеть и ждать. Но Марфица все же прибежала, выпустила.- Княгиня, говорят, довольна, - шепнула она, выводя его за стены. - Ульяна Петровна еще как-то мудрено сказала, я не запомнила. Ну да братцу расскажет, они-то друг друга понимают. Держи ответ, да не потеряй.- Что, новый покров вышивать собрались? - спросил Федька, но Марфица замахала на него рукой так, что он не стал дальше про это говорить.- Шла бы ты отсюда, дева, - сказал он, - или некуда?- И некуда, и Ульяну Петровну не брошу, - посерьезнела девушка.- Совсем никого из родни?- Да все живы вроде, только я им - отрезанный ломоть. Я же когда родилась - ну, рыжей-конопатой дразнили, это понятно. А как заневестилась, на смотрины пришла баушка наша деревенская и говорит: “Нету ей здесь места, ей на роду горе написано”. Кто такую возьмет, а я старшая, сестер вперед меня не выдашь. Ну посадили в телегу, отвезли сюда, даже на вклад собрали. Сама, мол, свое горе и будешь отмаливать. Я так плакала поначалу, - протянула Марфица, - а тут Ульяна Петровна. Вместо матери она мне теперь, никуда от нее не денусь. - Ох ты ж…Марфицу Федька видел насквозь. Есть люди - как мутное стекло, как слюда закопченная, что у них на душе и в мыслях никогда не поймешь. У Марфицы же вся душа была на виду, как огонек в лампадке. Таких первыми и гасят, если чудо какое не случится.Марфица, не подозревая о его мыслях, продолжала нахваливать Ульяну Петровну:- ...на Иванов день* сказала, что отпускает погулять, только на что мне?- А он когда? - Федька собрался с мыслями.- Так через день же.