Повелитель драконов

В этих землях Леди Скай пользуется всеобщей любовью, и из нее быстро сделают мученицу!

Слова заставили герцога Амьенского похолодеть от страха.

– Вы собираетесь ее казнить? – в голосе Повелителя драконов послышалось рычание.

Он и сам не знал, почему мысль о казни привела его в ярость. Словно в ответ раздался рев Мрака. Дракон даже на расстоянии чувствовал настроение хозяина. Лорд Чисхолм вздрогнул и с опаской взглянул на окно, ожидая увидеть там угольно-черного монстра. Герцог Амьенский усмехнулся.

– Даже если смириться с тем, что это будет неоправданной жестокостью, боюсь, это спровоцирует новый мятеж, и тогда я проиграю, – продолжил его величество. – Милорд, можете не оглядываться. Насколько мне известно, драконы надежно заперты. Верно?

Последний вопрос адресовался Раймону. Он позволил себе помедлить с ответом, делая вид, что вспоминает, запер ли своих зверей. Потом нехотя кивнул. Король неодобрительно покачал головой, но было заметно, что он едва сдерживает улыбку.

– Если позволите, ваше величество, – лорд Чисхолм предпочел проигнорировать королевского бастарда, – как я уже говорил, самым верным решением было бы выдать леди Скай замуж…

Раймон со злостью стиснул подлокотники стула, на котором сидел.

Предложение королевского секретаря понравилось ему еще меньше, чем предыдущие. Сама мысль о том, что леди Скай будет принадлежать другому мужчине, что этот мужчина будет иметь право касаться ее, как когда-то лорд Скай, вызывала ярость.

– Тогда выбор наместника сужается еще больше, а он и так был невелик! – как можно более небрежно заметил Раймон.

– Скажите на милость, где вы возьмете аристократа, полностью преданного вам лично, кто способен грамотно управлять этими землями, сдерживать в узде войска и был не женат!

Секретарь хмыкнул и опустил голову, скрывая улыбку, а король многозначительно посмотрел на сына:

– Мне кажется, у меня есть кандидатура.

– Неужели? И кто же это? – фыркнул герцог.

– Маркиз де Рикорт.

Лорд Чисхолм закашлялся и с укором взглянул на монарха.

Раймон презрительно скривился:

– Этот старик? Он умрет в первую же ночь на брачном ложе, а потом сыновья от первых трех браков начнут делить земли!

– Тогда барон де Бонгильберт… – предложил Георг.

– При том количестве земель, которое есть у барона, получив еще и эти, он станет самым могущественным человеком в королевстве, – коротко заметил герцог Амьенский. – К тому же он груб и скор на расправу.