Напарница вампира

– Потрудитесь объясниться, сударь! – потребовала я самым решительным тоном, на который только была способна. Однако это заявление пропало втуне: сын синдика, пропустив служанку, стал подниматься по лестнице – первым, как принято в Дейстрии. В Острихе никто не боится, что кавалер нечаянно заглянет даме под юбку, однако находят необходимым, чтобы мужчина мог поддержать женщину, если она потеряет равновесие. Разумеется, я могла бы выскочить за дверь, и никто бы не успел меня удержать, однако такое поведение я нашла вызывающим и, скрепя сердце, подошла к лестнице вслед за сыном синдика.

Служанка провела нас на третий этаж, открыла перед нами оклеенную бумагой дверь и исчезла в глубине квартиры – объявить о нашем приходе.

– Сударь! – напомнила я о себе, проходя мимо сына синдика. – Может быть, вы всё-таки объяснитесь, пока мы одни.

– Ничего особенного, – расплылся в довольной улыбке Дрон Перте. – В продолжение нашего с вами разговора – помните, перед моим отъездом вы обещали пойти со мной купаться? – я привёл вас к портнихе.

– Это ещё зачем?! – возмутилась я и попыталась покинуть квартиру, однако сын синдика в который раз удержал меня.

– Что же, Ивона, – вкрадчиво произнёс он, – если вы предпочитаете купаться обнажённой, то, думаю, мы можем извиниться и уйти, однако я предполагаю, вам всё же понадобится купальный костюм.

– Сударь, я предпочитаю вовсе не купаться! – возмутилась я. Авантюрист немедленно поклонился, больно ухватил меня за ещё не до конца зажившее запястье и подтолкнул к выходу.

– Отлично! В таком случае, сударыня, все прежние договорённости между нами можно считать разорванными. Ни в коем случае не желая прервать наше знакомство, всё же возьму на себя смелость намекнуть вам относительно бесполезности вашего пребыванияв этом городе.

– Вы не посмеете, – ахнула я.

– Ещё как посмею, – неприятно улыбнулся авантюрист. – Ну, Ивона, решайте скорее – или вы дадите мне возможность научить вас плавать или соглашение между нами будет разорвано.

– Вы подлый человек без капли чести и совести, – проворчала я, но остриец не был задет моими словами ни в малейшей степени.