Напарница вампира

Неужели он в самом деле думает, что дейстрийское бюро безопасности позволит острийским авантюристам знать его тайны?! – Очень хорошо, Ивона, очень хорошо. И вы, конечно, переживаете, беспокоитесь о нём, о том, куда он делся?

Мне терять уже было нечего, к тому же не покидало тяжёлое подозрение, что сын синдика не постыдится прибегнуть к самому низкому шантажу, лишь бы вынудить меня рассказать всё, что его интересует. Поэтому я покорно ответила:

– Нет, сударь.

Хотела прибавить, что постоянно – каждую ночь – чувствую присутствие напарника в своём сознании, но вовремя спохватилась и промолчала.

– Нет? – переспросил Дрон Перте. – Очень хорошо, сударыня, но потрудитесь объясниться. Вы знаете о том, где он сейчас и чем занимается?

– Нет, сударь, – повторила я. – Не знаю. Он всегда сам находит меня и говорит о том, что я должна сделать, а остальное время проводит как ему нравится.

– И вы миритесь с таким положением? – хмыкнул Дрон.

– А что мне ещё остаётся, сударь? – с неожиданной горечью вырвалось у меня.

– Даже так, – протянул сын синдика, пристально меня разглядывая, словно увидел в первый раз. – Даже так. Значит, вы только подчиняетесь? Что же вы тогда протестуете, когда я называю еговашим хозяином?

Тут настал мой черёд хмыкать: на острийском оборот «мой хозяин», если эти слова произносила женщина, обозначал не работодателя, а мужа. Хотя мы говорили на дейстрийском, оскорбительно слово сын синдика то и дело, забываясь, произносил на своём родном языке и таким образом буквально венчал меня со смертью.

– Он мне не хозяин, – упрямо произнесла я. – И, сударь, мне неудобно с вами разговаривать в таком положении. Может быть, вы отодвинетесь на более приличное расстояние?

Издав насмешливый смешок, сын синдика, наконец, отодвинулся и сел на банкетку.

– Как вам будет угодно, сударыня, – произнёс он с той светской почтительностью, которую предписывается выказывать дейстрийским юношам из хороших семей на балах и благотворительных мероприятиях.

– Я к вашим услугам, сударь, – устало произнесла я. Ночи сыну синдика не пережить, однако куда важнее был вопрос: что разозлённый вампир сделает со мной?

– Во-первых, как я уже говорил вам, расстаньтесь с мечтой о моём устранении, сударыня. Я, как вы, надеюсь, догадываетесь, не дурак, и оставил кое-какие записи, относительно своих догадок.