ЧЕЛОВЕК ЛУННОГО СВЕТА

Распоряжаться стихиями было для него сродни инстинкту: можно подзабыть, как это делается, но разучиться – никогда.

Нежными прикосновениями маг вынуждал илаты двигаться туда, куда было нужно ему. Плёл из эфемерных течений призрачную, но крепкую сеть, прошивающую воду, землю и воздух, соединяющую их в единое целое. Этот монолит, гибкий и мощный, подчинялся только его воле. Добившись полного контроля над окружающей его природой, маг сосредоточился.

Безмолвное, бессловесное повеление распространилось между илатами, упорядочило их яростный танец.

Вер перевёл дух, и, отрастив себе когти, разорвал в клочья успевшую надоесть верёвку. Зябко поёжился: во время шторма его не раз окатывало забортной водой, и теперь маг дрожал так, что зуб на зуб не попадал.

Усталый и продрогший, он ввалился в трюм. К нему тут же бросилась встревоженная Сауле, заботливо укутала, легла рядом. С другого бока прижался охотник. Оборотень расслабился, чувствуя исходящее от них живительное тепло и надёжный, родной запах.

Качаясь на волнах забытья, Шилак'х перебирал в памяти недавнее прошлое, проверяя – не допустил ли он где небрежности, не оставил ли незамеченных свидетелей? Он сторожился людей потому, что большая их часть смертельно ненавидела веров. Всего шесть человеческих поколений назад мир заливали потоки голубой крови.

Вер чуть повернул голову – так, чтобы касаться щекой золотистых локонов. Горянка дышала легко и почти бесшумно. Если бы не охотник у другого бока… С этими мыслями маг и заснул.

Разбудил его зычный крик боцмана:

- Эй, в низах! Мы на внешнем рейде!

Маг потянулся и растолкал своих спутников.

- Где мы? – зевая, спросила горянка.

- На внешнем рейде. – Ответил маг, зашнуровывая куртку.

- А что это? – Подал голос пещерный вер.

- Сами увидите. Быстрее наверх!

Вся троица поспешно выбралась на палубу. Моряки, ухмыляясь, смотрели как сухопутные глазеют по сторонам.

А посмотреть было на что.

В море щупальцами гигантского спрута тянулись молы – построенные ещё верскими мастерами, без единого гвоздя. Мощные брёвна скрепляли только хитрости строителей и магические наговоры. По широким помостам сновали пёстро разряженные или вовсе неодетые люди.