ЧЕЛОВЕК ЛУННОГО СВЕТА

Приговаривая: «сейчас, господин, сейчас…» он сноровисто привязал один конец верёвки к веру, а другой – к мачте, оставив свободно провисающий кусок.

- Это ещё зачем?

- А чтобы увернуться можно было, если что… – Матрос убежал в низы.

Корабль зарылся носом в волну, подняв фонтаны брызг. Шилак'ха окатило с головы до пят солёной морской водой. Оборотень отфыркался, убрал с лица мокрые волосы и тихо рассмеялся.

Шторм не был магическим. Это бушевала, смешивая стихии, сама природа.

Усмирить её было легко: извлечь ключом-жестом заклинание из алмазного перстня, спрятанного в ладанке – и море вновь станет тихим и спокойным, враз установится нужный ветер, который быстро домчит их до места.

Нельзя. Ни трогать магические бриллианты (такие мощные чары нельзя растрачивать по мелочам), ни перенапрягать тот тончайший эфир, из которого волшебники плетут заклинания.

Шилак'х постоянно думал о чародее, который прислал големов. Возможно, он счёл их погибшими – и только благодаря этому веры и Сауле пересекли гирканские степи без особых происшествий.

Нужно было действовать тоньше. Шилак'х проверил – надёжно ли он привязан? И разбудил истинное зрение.

Тотчас стихии распались на мельчайшие частицы, илаты. Их было тысячи тысяч, и все они непрерывно двигались, увлекая за собой соседей. Всё вокруг было собрано из этих потоков и течений. Они были связаны между собой, как звенья одной цепи: надавливая на одно, маг получал возможность влиять на другое.

Оборотень растерялся. Он уже давно не управлял материей на таком уровне. Шилак'х наугад потянул за одно из течений, где илаты рыскали особенно активно. И тут же ощутил, как палуба уходит из-под ног. До него долетели полные ужаса крики людей.

Маг тут же оставил течение в покое. Но огромная волна уже нависла над кораблём. Вер поспешно надавил на другой поток илатов. Волна опала, расплескалась шумной гривой, окатив судно с носа и до кормы. Вер шумно отфыркался, присмотрелся к илатам повнимательнее.

Те продолжали бешеный танец, абсолютно равнодушные к тому, что ими пытаются управлять. Человек, обладай он истинным зрением, сказал бы, что разницы между илатами стихий не существует, что оборотень рискует совершенно зря и что гораздо проще отдаться на волю волн и милость природы.

Вот только Шилак'х не верил в милости.

Быстро, но осторожно он прощупал, прочувствовал каждый поток и тонкую взаимосвязь между ними.