Я отыщу тебя в прошлом

Джил

Я родилась на орбитальной станции «Астера 1001».

Вот так незамысловато назывался мой единственный дом, в котором я жила до девятнадцати лет. Родителей, как и у остальных девочек на станции, у меня не было. Сирот собирали по всей галактике и обучали самому необходимому.

Девушки с «Астеры 1001» ценились как лучшие специалисты и ответственные профессионалы. Нас требовательно готовили по техническим и гуманитарным предметам в самых сложных программах.

Особенно нелегко было на предметах гармоничного развития тела.

Тренировки, тренировки, тренировки — каждый день. Этот курс начинался по исполнению четырех лет и постепенно расползался на виды и подвиды, к десяти годам перерастая в восемь различных предметов.

Основными были: танцы, плаванье и спецборьба для женщин. Это уже потом мы выбирали, кто и чем еще хочет заниматься дополнительно. Так как я с пеленок мечтала стать историком, то выбрала бой на шпагах и стрельбу из лука. Мало ли что может пригодиться в будущем, ведь неизвестно в какое время направят работать.

..

С подругами мы ходили в школу с трех лет, потом старательно учились выбранным по желанию наукам на высших курсах. Несмотря на их усложненность, (они были специально разработаны для "детей науки", общепринятое название для детей сирот с подобных станций) мне учеба давалась легко.

Сколько себя помню, у нас был лозунг, который все поддерживали и старались соблюдать, не за страх, а на совесть, как говорили в далеком прошлом. Он звучал примерно так, меняясь под нужные темы:

"Пусть наводнение топит, вулкан сжигает, только «Астера» всех спасает!".

То есть, от наших знаний и умений зависело состояние науки современного многосистемного мира. Так и было на самом деле — наших девушек расхватывали и подкупали, соблазняя всякими благами, лишь бы переманить к себе на работу.

С мужчинами мы почти не общались и вообще… за все эти годы видели только троих преподавателей военных наук и все. Никаких мальчиков, а тем более юношей. Считалось, что это мешает процессу обучения, отвлекая от важных научных разработок.

Конечно, никаких пуританских запретов на общение с противоположным полом не было, просто это считалось нецелесообразным. Вот и главный закон моей жизни, которому подчинялось и подчиняется все — целесообразность!

Мы с девочками любили наших воспитательниц как родных, здесь на Астере с нами всегда оставались только лучшие, те, кто искренне любил ничейных девчонок. Другие здесь не задерживались.