В отражении заката

В отражении заката

Елена Янук

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. СЧАСТЛИВОЕ ДЕТСТВО. ПРОЛОГ

Дорога без конца,

Дорога без начала и конца

Всегда в толпе,

Всегда один из многих.

Но вернее многих ты

Любишь песни и цветы

Любишь вкус воды и хлеба

И подолгу смотришь в небо,

И никто тебя не ждет.

Татьяна Калинина

Мы с дядей Тедом рванули на его древней тачке на ярмарку. Если по совести, дядюшке для перевозки скота лучшего авто, чем его рыдван, не подобрать. Я про себя хихикнула, по-детски выдвинулась к переднему окну, разглядывая огромную почти заполненную площадку для авто, с рядами больших тракторов с прицепами, маленькими мотоблоками с сиденьями и без и легковыми машинами похожими на машину дяди Теда.

Да, рядом с этой сельхозтехникой древняя серо-синяя машина дяди Теда смотрелась как родная.

— Она не серо-синяя, а темно-зеленая… была. — Невозмутимо отозвался меня дядя Тед, не отрывая взгляда от поисков свободного места на стоянке.

Упс-с, опять вслух сказала.

Я рассмеялась, кивнула старичку и принялась дальше с интересом рассматривать местную ярмарку.

Вся эта ярмарка гудела как большой улей.

Здесь жизнь реально кипела! Кто-то выгружал ящики с курами на продажу, кто-то уже загрузил купленных кур к себе в прицеп. У большой грузовой машины, выставленные на поддонах в ряд, стояли хорошо набитые белые мешки с разнообразным кормами. С ярко-красными ценниками, прикрепленными к ним. Где-то рядом громко гоготали уже проданные гуси, которых в специальных ящиках грузили в машину, невдалеке раздраженно ржал стреноженный конь.

Тут же между машинами, добавляя шума и суеты, бегали разносчики рекламы, предлагая яркие листочки с номерами павильонов и товарами в них.

Мы с дядей вошли в гигантских размеров крытый павильон, где рядами в небольших деревянных клетках и больших металлических загонах продавались животные и разнообразная птица.

Я почесала затылок и растерянно посмотрела на дядю Теда. Если мы здесь все быстрым шагом просто обойдем, то и тогда вернемся к себе далеко за полночь.

Мы с дядей Тедом широким коридором прошли к рядам, где продавались барашки.

Бешки-бебешки здесь были самые разные: белые, черные, серые, рыжие; с курдюками и хвостами; рогатые и комолые; сильно лохматые и коротко стриженные, коротконогие и длинноногие, пушисто шелковистые и с таким жестким волосом, что казалось, что это не шерсть, а жесткая кабанья щетина.