Я отыщу тебя в прошлом

Мисс Неверность шла только по дорожке, не пытаясь свернуть на тропинки, ведущие вглубь парка, так излюбленные любовниками при тайных встречах... Может у нее, все не так серьезно? — прокралась предательская мысль.

Глупец! Да, будто нельзя потом пойти куда-нибудь!

Она останавливалась возле каждой беседки, даже если они были пустыми, и делала вид, что любуется лепниной и прочей красотой... ночью... одна... в глубине парка... Да. Самое время.

У меня от бешеного гнева свело челюсти.

Прогулявшись еще немного, моя невеста развернулась и пошла обратно.

Ага, любовничек-то не пришел! Жаль! Я заскрипел зубами.

Осторожно, чтобы она не услышала, двинулся следом дальше. Но теряя интерес, я постепенно отставал от девушки, размышляя, как теперь подловить неверную.

Когда она окончательно пропала в тумане, вдруг среди шумов парка отчетливо различил речь представителей дна Лондонского общества. Где-то рядом в тумане раздался резкий гортанный окрик, перекрывший все остальные голоса, окрик заставляющий сердце остановиться.

На нее напали...

Я побежал, до меня доносились отзвуки их разговоров, но почти подобравшись к кругу света возле фонаря, замер... любуясь, как ловко моя невеста отделала четверых бандитов. Четверых матерых подонков вооруженных ножами!

То, что я остолбенел от подобного зрелища, это понятно, но то, что случилось потом, меня просто убило!

Она перешагнула через них и пошла, гулять по парку дальше... Я шел за ней, не отрываясь, но и не показываясь. А она, смеясь, ловила ладонями туман, жадно его вдыхала, крутилась под фонарями, иногда пританцовывая.

Я был нокаутирован сильнее, чем на ринге у господина Джексона.

Мысли о любовнике больше меня не беспокоили... Совсем... После подобной стычки, (не уверен, что со всей своей армейской подготовкой я бы смог выйти из этой передряги целым) я бы всю ночь пил или еще как-нибудь расслаблялся, чтобы прийти в себя. Но уж точно не танцевал в туманной ночи от счастья!

Хотя... что-то в этом есть....

Вернувшись к беседкам, мисс Дункан переговорив с друзьями, устроила танцы — что само по себе было очень неприлично.

Во время которых, она до чрезвычайности веселилась, если не сказать, ликовала и наслаждалась... Мне же осталась роль ревнивого жениха-неудачника, наблюдающего за нею со стороны. Хотя кроме самого факта танцев упрекнуть ее мне не в чем. Все было невинно, благодаря неусыпной бдительности внука Клифтона, который, наконец, начал присматривать за подопечными как положено.