Прощание с Аммоном

Аммон не допустит!

— Аммон не станет спасать тех, кто не хочет спасти себя сам, — с улыбкой отозвался Сет.

Как странно... Это слова Осириса.

— Да, разумеется, он понимает, — согласился Сет. — Но выводов не делает. Наш старший брат — романтик, живущий утопическими грёзами, идеалист у власти. А Исис слишком влюблена в него, чтобы указать мужу на ошибки. Вот почему я думаю, что эти двое править ими не должны.

3

— Нефтис, сестра, я чувствую, что-то страшное приближается к нам, — прошептала Исис. — Сет уже не считает нужным скрывать наши разногласия.

И я чувствую, что многие симпатизируют его взглядам. Не хватало и нам разделиться. Представь, что будет тогда!

Я набрала в грудь воздуха, для смелости, и вымолвила:

— Исис, а если он прав?

Сестра недоуменно посмотрела на меня, и на её вечно свежей коже появился румянец.

Мне некуда было отступать, и я решила сказать ей всё, что думаю. Но она успела понять меня прежде...

— Я не отдам власть Сету, — отрезала она, — ибо он разрушит то немногое, что удалось посеять здесь Осирису и мне!

На этом мы расстались; я ушла из дворца грустная: в ряду «сеятелей» у Исис нашлось место только для двоих.

А мы? Разве Сет или я, или любой, или любая из нетеру — не «сеятели»?

Бедная Исис! Она боится, что мы разделимся, — а тем временем она сама уже нас разделила...

4

— Она не желает понимать меня, — в сердцах сказал Сет. — Пусть бы скорее вернулся Осирис. Я надеюсь, нам удастся уговорить его уйти и взять с собою Исис.

— Ты устал ждать?

— Дело не во мне, — вздохнул Сет.

— Мы теряем время! А Великие Древние пользуются этим. Ты получила последние известия из Гипербореи? Великим Древним удалось поссорить меж собой титанов. Неужели мы хотим, чтобы подобное произошло у нас?

Он опять пугает меня. Странно, почему у моего мужа это получается лучше, чем у других. Но ведь страх — антитеза любви.

А если права Исис?

— Мы должны отправить сообщение Ра и спросить его совета, — сказала я.

— Что ты такое предлагаешь! — возмутился Сет. — Это будет означать: мы не справились!

Гордыня.

.. В нем говорила гордыня. Для меня это было самое горькое открытие.

Он прав: мы ничем не лучше Родителей.

5

Осирис вернулся, но это ничего не изменило. Они с Исис продолжали обучать ремёслам и наукам, терпеливо объясняя основы Любви и Содружества. У меня даже создалось впечатление, что Осирис и Исис нарочно стараются не замечать Сета. Я пыталась воздействовать на них, но они, уверенные в своей правоте, и меня не слушали, правили, как прежде.