Дело огня

– Ты сказал "нечто большее, чем обычный поджог"?

– Господин Ямада попросил меня, если мы не сможем предовратить жертвоприношение, предупредить его, чтобы он успел вывезти из города семью. Поджог, наводнение, нашествие войска…

– Кстати, в нашествие очень даже верится, – вставил Такэда Канрюсай, командир пятой десятки и главный знаток военного дела. – Войска Тёсю стоят лагерем не так уж далеко от Столицы. Якобы на случай вторжения иноземцев…

Хидзиката понял, что настала его очередь говорить.

– Вчера мы ходили в театр Минамидза, – начал он.

– Думаешь, они причастны к этим убийствам?

– Вряд ли. Кусака поклонник варварских наук, а попытка заклясть столицу отдает древними суевериями. Одно с другим не срастается. Но совпадение... настораживает. Если ты видишь в небе стаю воронов – значит, где-то на земле валяется падаль. А господа рыцари возрождения – как раз такая пестрая братия, среди которой есть и те, кто спит с револьвером – и те, кто от варварской пушки думает веером закрыться.

Кондо опять важно и одобрительно кивнул.

Сайто осторожо кашлянул.

– А, да, – вспомнил Хидзиката. – Там была еще одна любопытная персона. Некто Ато Дзюнъитиро, вассал господина дайнагона Аоки.

Кондо прищурился. Мысли его явно потекли в нужном направлении: главным очагом смуты в Столице был императорский дворец. Как и во времена Гэмпэй [39], подумал Хидзиката, как и во времена Намбокутё [40].

– Ато? – вскинулся Окита. – Вы сказали – Ато?

Все воззрились на него – обычно самый младший из командиров даже по просьбе старших говорил скупо, словно отмерял рис в голодный год. А тут...

– Это имя назвала мне девочка, Момоко из харчевни Танабэ. Она сказала, что хозяйка вела переговоры с господином Ато, понимете? И через этого господина продала ее в дом дайнагона Аоки! За ней, сказала, скоро паланкин пришлют!

– Ребенок, – губы Яманами сжались так плотно, что почти исчезли. – Ямада сказал, что следующей жертвой будет ребенок, скорее всего – девочка.

– Вот сукин сын! – рявкнул Харада. – Чего мы ждем, пойдем да схватим этого Ато! Выбьем из него всю правду, и хозяина его скрутим!

– Харада, сядь, – Кондо почти не повысил голоса, но Харада тут же сел и даже сопеть перестал. – Мы не можем арестовать слугу дворцового чиновника в чине дайнагона, пока он ничего не сделал.

Многому, многому научился в Столице крестьянский мальчик Миягава Кацугоро...