Ходившие и невернувшиеся

– Так мы ж не против, просто не думал, что надобно, – голос бородача звучал искренне, – Ежли говорите, так создадим.

– Вынужден вас просить сдать оружие, – Карагодина ещё больше стала занимать суета возле двух высоких деревьев, где ещё недавно стояли местные. Он видел, что там что–то происходило, но не понимал, что именно. Но также он понимал, что местные, стоящие в задних рядах в толпе также это могут увидеть, – Наша советская власть построена на принципах свободы и диктатуры рабочего человека, однако есть во множестве ещё бандиты и прочие контрреволюционные элементы, что не согласны с таким положением вещей.

Думаю, вам, товарищи, нечего опасаться, вы все из трудового народа, потому настоятельно прошу опустить ружья и временно сдать их нам.

– Но как же в тайге–то и без ружья–то? – также искренне удивился Фёдор, – А коли зверь дикий? А ежли человек лихой? Я слышал, что банды гуляют здесь, как же обороняться–то прикажете?

– Пока наши силы находятся в деревне, опасаться зверей или бандитов незачем.

Мы законные представители советской власти, и мы сумеем защитить всех здесь.

По толпе прошёлся шепоток, переросший в ропот. Конные красноармейцы крепче сжали ружья. Пулемётчик прицелился, готовый скосить очередью бородачей с ружьями. От толпы отделился паренёк и буквально проскользил, пригнувшись к траве, до Фёдора. Проскользил и зашептал что–то на ухо. Одновременно с этим возле тачанки объявился один из минусинских товарищей и дёрнул старшину за штанину.

– Что случилось? – спросил Карагодин, присев на корточки и наклонившись к пришедшему.

– Там двоих нашли у сосен. Навроде как самосуд, – пришедший говорил шёпотом, пытаясь отдышаться после волнения и бега.

– Мёртвые? – спросил также шёпотом старшина, скосив взгляд на Фёдора, который устало тёр глаза, а возле него стоял паренёк и жевал травинку.

– Никак нет, избиты в хлам, посечены, но живые. Привязали их к соснам там.

– Походу, и правда самосудом увлеклись, – он кивнул своим же мыслям, – С ними остался кто?

– Да, все наши, с Минусинска.

Они оборонят. Сейчас пока ждут, чем тут кончится, – прибывший поправил фуражку, сползшую на затылок и развернулся в сторону бородачей, те кивали на какую–то негромко сказанную фразу их главаря.

– Ну, значит так… – Карагодин начал распрямляться и поворачиваться к крестьянам, – Отделе… – он не успел договорить, ружьё Фёдора выстрелило, пуля попала старшине в горло, и тот, заливая кровью гимнастёрку, повалился навзничь.