Ходившие и невернувшиеся

Выехав из Большой Ирбы и углубившись в сосновую чащу, сквозь которую шла дорога, Богдан и Платон поняли, что останавливаться возле дороги чревато неприятностями. Места дикие, люди лихие: по слухам три банды гуляли в окрестностях, убивая красных, им сочувствующих да и просто тех, кого можно было убить. И тут появляется одинокий сухонький старичок с седой бородой и в пыльной дорожной одежде.

– Так всё же видно, не здешние вы, – старик доел кашу, удовлетворённо вздохнул и отставил миску.

– Нет, мы издалка. С Минусинка идём, – Платон пошевелил в костре ветками.

– А куда ж? – заинтересованно спросил гость, – Хотя, чего это я. Тут же одна дорога. Ну, которая главная. Да и разве Минусинск это издалека?

– Ну, разными путями, – туманно ответил Ленг, взял гостевую миску и стал протирать её.

– Ты–то вижу, даже не русский, – тот подмигнул ему, – Да не серчай, я не в обиду. Много, кто побывал на здешней земле–то. Некоторые вон даже и остались в ней лежать.

– А Вы стало быть здешний? – усмехнулся француз.

– Эй, что на Вы–то сразу? – трескуче засмеялся старик, – Я ж не барин, бар–то уже давненько извели всех. Енисей глубок! – он воскликнул и задумался, переводя взгляд от пламени костра на темнеющее между кронами небо.

– Слышал эту историю, – улыбнулся Платон, – Сами такими же были. Только давно.

– А откуда ваще–то? – его собеседник пристально уставился на него.

– Когда–то был подданным французской республики, – пожал плечами капрал, завершил возиться с миской, встал и убрал её, – Потом у вас случилась революция.

– Интервент шоль? – удивился старик, – А как жеж по земле ходишь? Расстрелять же красные должны были!

– Видно, звезда у меня счастливая, что не случилось, – Платон вернулся к костру и посмотрел на огонь, – Под Котласом три года назад попал в плен к большевикам. А был я инженером, всё мечтал до войны в Константинополе осесть, да вот как обернулось. В общем попал в плен под Котласом, городок такой на севере России, – он обернулся на гостя, видя, как тот внимательно его слушает, – Стали красные разбираться, кто таков, чего умею.

– Против своих воевал?

– Я не хотел, да и, видимо, не хотели меня на фронт посылать, так я и просидел на инженерных курсах, рассказывал молодым ребятам основы, так сказать.