Добрые дисы

Тревога, на миг кольнувшая сердце, тут же рассеялась. То была всего лишь рабыня из усадьбы, Альдис даже не помнила, как её зовут. Знала только, что та вечно болела и потому госпожа Сванлауг не поручала ей тяжелой работы. А ещё у неё был сын, не то от Халли-рыбака, не то от пастуха с южного пастбища – Альдис не разбиралась и не хотела разбираться, о чём шепчутся люди.

– Хозяйка велела передать… – едва успела сказать рабыня и тут же согнулась в жестоком приступе кашля, сотрясшем её худое изможденное тело. Альдис мельком глянула на солнце: и правда, уже полдень.

Долго же она гуляла! Госпожа Сванлауг будет недовольна. Альдис поднялась, отряхнув плащ от налипшего песка, привесила мешочек с рунами к поясу. Рабыня продолжала давиться кашлем, прижимала худые руки к груди, словно старалась удержать на месте выскакивающее сердце, и Альдис против воли почувствовала не то раздражение, не то брезгливую жалость к ней.

– Когда вернёмся в усадьбу, я заварю тебе мяты и ромашки, – сказала она, когда рабыня наконец откашлялась.

– Станет полегче. Пойдём!

Рабыня кивнула, однако с места не сдвинулась. Её руки были по-прежнему прижаты к груди, а взгляд прикован к той дальней, почти неуловимой глазу границе, где смыкаются море и небо, перетекают друг в друга так плавно, что не понять, где кончается одно и начинается другое.

Гнелла, вспомнила Альдис, глядя в неподвижное, задумчивое лицо рабыни. Её купили на рабском рынке в Бьорко, привезли в усадьбу и прозвали Гнеллой – за то, что первое время и слова не произнесла, только плакала.

Откуда же она родом? Отец говорил… Уж не из Гардов ли?

– Даже если и так, что с того? – глухо спросила рабыня, когда Альдис озвучила свою догадку. Говорила Гнелла тихо, с трудом подбирая слова, и в их произношении было нечто непривычное, словно бы слишком мягкое и тягучее. Прежде Альдис не замечала этого; по правде сказать, она вообще редко удостаивала своим вниманием кого-то из рабынь, справедливо считая, что те не ровня ей, хозяйской дочери. И, как видно зря.

– Ты должна помочь мне, Гнелла, – доверительно произнесла Альдис, чуть наклонившись к рабыне.

– Знаешь ведь, что мой жених, Эрлинг, отплыл с Лейфом Насмешником в Гарды?

Гнелла молчала, глядела исподлобья, словно не поняла смысла произнесённых слов. Однако Альдис ждала, в нетерпении постукивая пальцами по серому валуну, и она нехотя ответила:

– Слышала.

– С ним случилось несчастье. Там, в Гардах. Какое именно, я точно не знаю, да и… – Альдис смешалась, махнула рукой. – Ну, это неважно.