Игла бессмертия

Що я вам скажу — цэ крывда вид початку и до конца.

— А как вам эта земля досталась?

— За вийну! За крымское дило пожалована была мэнэ ця землица! И грамота у меня есть! — Перещибка полез за пазуху.

— Нет-нет, я вам верю вполне. К тому же я всё равно не полномочен разбирать дворянские споры.

— Але вы столычный начальник, и я бы хотел, щоб вы знали правду.

— Хорошо.

— Ось добре.

К концу разговора всадники как раз добрались до Антипова двора, спешились и прошли в избу. Внутри нашёлся сам староста и Николай с Демидом.

При появлении капитана солдаты встали, за ними поднялся и Антип.

— Доброго дня, Антип. Николай, есть что доложить?

— Так точно. Антип Осипович раскольника приютил в сарае.

— Так. — Георгий посмотрел на старосту. — А сейчас он где?

— В лес пошёл, грибочки собирать, — ответил тот.

— А часто ты его к себе пускаешь? Что можешь о нём рассказать?

— Бывало, что приходил ночевать. Божий человек, как не пустить?

— Божий человек? Ладно. Демид, Николай, вы отправляйтесь на хутор Степана Остаповича, а мы с Антипом предпримем прогулку к лесному кургану.

— Георгий Петрович, — обратился к Воронцову Перещибка, — не про того ли вы пытаете приживалу, що у церквы обретается?

— О нём. Вы что-то знаете?

— Вин домогався жить у мэнэ на хуторе. И я приютил его. Але вин стал смущать людей своей болтовнёй, а как я его прогнал, так грозился пустить мэнэ красного петуха, щоб спалыты всё.

— А когда это случилось?

— Мисяца с два тому.

— Церковь уже сгорела?

— Так. А-а-а, що вы думаете, вин поджёг?

— Про то его расспросить надобно.

— Да не мог он, — влез Антип.

— Мог, мог, — возразил Перещибка. — Вин мэнэ сразу нэ пришёлся к сердцу.

Спор не имел продолжения. Солдаты отправились на хутор, выпросив у старосты телегу и пообещав вернуть её с мальчишкой, а капитан с казацким головой и старостой двинулись через деревню в сторону леса.

Антип шёл позади всадников, глядя в землю и бормоча себе под нос. Не было у него веры капитану, не след ему раскольника отдавать.

Староста уже почти доковылял до колодца на самом краю села, когда поднял взгляд и обнаружил, что всадники остановились. Но не за тем чтобы подождать его.

Впереди, в полях, поднимался пыльный шлейф, как бывает от топота множества ног по земляной дороге.

— Кто же цэ до нас пожаловал? — Перещибка забеспокоился и огляделся.