Сердце Скал. Зверь

— Нет, — машинально ответил Ричард. — У Рокслея меня станут искать прежде всего. К тому же в его доме живёт герцог Придд, а я не доверяю ему.

Роберт Кохрани отнёсся к этому заявлению с полным пониманием: он хорошо помнил, как вёл себя покойный Вальтер Придд при Ренквахе.

— А вон, кстати, и граф: лёгок на помине! — вскользь заметил он.

Действительно: граф Рокслей, пробившись к Ричарду в придворной толчее, бросился ему навстречу.

— Ваша светлость!.. Вы слышали? Немыслимое дело!..

— Я слышал, граф, как эсператистов огульно обвинили в убийстве короля! — перебил его Ричард.

— Вы правы, — отозвался Рокслей, мгновенно собираясь. — Это серьёзное обвинение, и за ним, конечно же, последуют аресты… Надеюсь, ваша светлость окажет мне честь это тревожное время переждать у меня?

— Благодарю вас, дорогой граф, но нет. — Ричард бросил взгляд на Спрута, молча следовавшего за своим эром и учтиво поклонился в его сторону. — Младшие братья его светлости остались на попечении Главного церемониймейстера. Ради них вам придётся сохранить хотя бы внешнюю лояльность… «огрызку» господина тессория.

Валентин Придд слегка вздрогнул и уставился на Ричарда во все глаза.

— И ещё… — продолжал Ричард, напряжённо думая. — Я посоветовал бы вам самому, дорогой граф, на время покинуть Олларию. Ведь вы успели получить распоряжения об отъезде в Торку? Так поезжайте прямо сейчас. Олларианцы ни перед чем не остановятся. Второй Октавианской ночи мы можем и не пережить.

Граф Рокслей яростно кусал кожицу на губе, соображая.

— Понимаю вас, милорд… Вы правы, хотя это и жаль! А как вы сами?

— Я, вероятно, тоже покину Олларию, — ответил Ричард, почти не покривив душой: такого исхода событий нельзя было исключать. — Но прежде всего мне нужно известить моего дядюшку Карлиона. Я поеду прямо к нему.

Сеньор и его вассал раскланялись уже у выхода из дворца. Однако не успел Ричард спуститься по лестнице, как его окликнул чей-то задыхающийся голос:

— Милорд, милорд!

Валентин Придд, растерявший всю свою сдержанность, стремглав мчался за ним следом.

— Ваша светлость? — Ричард остановился, поджидая однокорытника. Тот резко затормозил в шаге от него, непривычно взволнованный и встрёпанный.

— Я хотел бы поблагодарить вас, милорд… — с трудом выговорил Спрут, задыхаясь от бега, — за то, что вы сказали графу Рокслею… О безопасности моих братьев.

Ричард так удивился, словно его поблагодарила вынырнувшая из моря медуза.