Хлеб печали

- Я больше верю своему отцу, - ответила Анна. – Я помню рассказы о ваших пирах и о ваших детях, и о том, как вам пожаловали золотую цепь… Мы ели репу и кашу, словно жалкие крестьяне.

- И правильно! – вновь рявкнул барон. – Разбавленная кровь только для того и годится, чтобы быть в услужении у других. Что ты, что твой брат – два гения подлости! Но он уже мертв, и за него придется отвечать тебе, девочка.

- Как мертвы ваши дети, - парировала Анна. Она сжала зубы, но не сошла с места, даже когда барон угрожающе навис над ней.

- И в этом ваша вина? – он поднял кулак, и Руди бросился наперерез, чтобы спасти Анну от удара. – Чертовы убийцы!

- Подожди! – воскликнул Руди, схватив его за руку. Это было столь же бессмысленно, как удерживать медведя. – Графиня заботилась о твоей внучке лучше, чем о собственной дочери.

- А, старый друг, - барон точно только что его увидел. – Тебя совратила эта распутница! Что ты можешь знать о любви, монах, презревший обеты и нарушивший все свои клятвы?

- Не меньше тебя, - парировал Руди, и барон отпихнул его.

- Я тоже жажду справедливости, - процедил он. – И моя справедливость требует смерти этой женщины, которая разрушила мой дом до основания.

- Тебе придется держать ответ перед церковью и судом, - предупредил Руди. – Пусть суд разберется в вашей тяжбе!

- И кто же отведет меня туда и даст показания, когда я приведу свой приговор в исполнение? – с насмешкой осведомился барон. Он сощурился, и Руди остолбенел. Он узнал в нем Арнульфа, тюремщика. – Мне многое известно, чтобы не доверять слепой Фемиде.

Руди обернулся к старухе, чтобы она вмешалась, но Магда хмуро и скучно глядела в сторону. «Это не мое дело», - явственно читалось на ее лице.

- Заодно мертвецам можно приписать все грехи, чьими бы они ни были, - произнесла Анна. – Очень удобно и хитроумно.

Барон все-таки ударил ее, и она упала наземь, не удержавшись на ногах. Потревоженные насекомые поднялись вверх над травой, а ромашки, клевер и зверобой качнулись и, кажется, запахли еще сильней, перебивая запах крови.

- Прекратите! – Руди наконец-то вынул шпагу и приставил ее к горлу фон Рингена. Барон зарычал и попытался сломать ее, но Руди был быстрей. – Я желаю знать с начала и до конца все, что здесь произошло! Кто и что сделал и по каким причинам!

- Я расскажу тебе позже, - пообещал барон сквозь зубы. – Я не хочу терять время! Мне нужно закончить это дело, пока я отослал Матильду.