Кладоискатель поневоле

Он говорил что-то ещё, но Талтин уже не мог слышать его, поскольку уже отошёл на порядочное расстояние. Талтин вздохнул и направился к коновязи.

Порой Талтину казалось, что графиня Элеонора предпочитает всем только его, и тогда он был готов броситься перед ней на колени и признаться в любви. Порой же ему казалось, что она относится к нему не лучше, чем к другим, и тогда Талтин просто не находил себе места от горя. Единственное, что удерживало Талтина от более смелых изъявлений своих чувств, было его малое состояние.

А тут ещё и эта проклятая долговая расписка! Всю дорогу домой Талтин был занят только этими невесёлыми размышлениями. Всё его упование было на завтрашнее посещение графа Михалкова.

На другой день Талтин попросил своего старого слугу Ивана побрить его особенно тщательно. После вчерашнего вида бородатого рудокопа его коробила даже лёгкая щетина на своём лице.

Иван проворчал, что он всегда делал это со всем тщанием, однако орудовал бритвой дольше обычного. Около полудня Талтин подъехал к родовому поместью Михалковых.

По обыкновению в прихожей его встретили привратник и лакей.

— Скажи, милейший, графиня у себя?

— Госпожа Михалкова пребывает в оранжерее, — ответил лакей.

— А граф?

— Господин Михалков, как обычно в это время, работает у себя в кабинете. Прикажете доложить?

Талтин кивнул. Привратник принял у него шляпу и перчатки, а лакей побежал докладывать. Не дожидаясь его возвращения, Талтин на правах постоянного посетителя сразу направился в кабинет к графу Михалкову.

Подойдя к двери кабинета, Талтин постучался и, получив ответ, вошёл. Кабинет графа представлял собой обширное помещение с книжными шкафами до самого потолка. В центре комнаты стоял большой секретер, в углу, у камина, стоял столик с двумя креслами.

Сам же граф явно пребывал в не совсем добром расположении духа. Увидев Талтина, он сердито махнул головой лакею, и тот с вытаращенными глазами поспешил убраться вон.

— Здравствуй, Андрей. Надеюсь, я тебя не сильно побеспокоил?

— Ну что ты, Евгений! — лицо графа немного разгладилось.

— Мы же с вами добрые соседи, какие между нами могут быть церемонии. Садись, прошу тебя.

Талтин сел на указанное кресло, граф уселся на кресло напротив. Несколько секунд Талтин пребывал в замешательстве, не зная с чего начать, но потом собрался с мыслями.

— Я пришёл к тебе, граф, за советом по одному очень щекотливому вопросу…

На протяжении всего рассказа граф Михалков сидел с рассеянным видом и ни разу не перебил Талтина.