Князь Рязанский

Боевые холопы князя кинулись ко мне, но споткнулись о подставленные моими бойцами ноги, и были ими запинаны.

- Как-то страшно всё… - сказал кто-то.

- Всё по правилам, - загомонили другие.

- Собирайте сотню, - сказал я своим бойцам тихо. – Сегодня ночуем в моем новом дворе. А я пока доем поросёнка.

Бойцы, абсолютно трезвые, вскочив на лошадей, разъехались.

Как мне объяснили доброхоты, в тверской усадьбе князя Микулинского, жила только дворня, холопы и ключница, - баба, хоть и вредная, но складная и аккуратная.

Пока я доедал обед, в кабак натолклось столько народу, что мне пришлось всё бросить и выйти. Очевидцы произошедшего, обсуждали увиденное с вновь прибывшим, пересказывая события с некоторыми добавлениями.

- «Так можно незаметно получить шило в бок, и никто не заметит», - подумал я, и вышел во двор.

Постепенно стали собираться мои вои. Они входили во двор, видели лежащее у ворот громадное тело убитого мной князя, потом меня, недоумённо подходили, и, похлопав по плечу, молчали, покачивая головами.

Четверо боевых холопов князя пригнали телегу, и, погрузив тело, уехали.

Микулинское подворье сдалось без боя. Когда мы всей гурьбой подъехали к воротам, оказалось, что все холопы из него выехали. Осталась только причитающая и хлюпающая носом ключница. Когда я подошел к ней, она заревела в голос.

- У меня работать останешься? – Спросил я без обиняков.

- Останусь, – сразу перестав плакать, сказала она.

- Как зовут тебя?

- Фёкла.

- А меня – Михаил Фёдорович.

Мы закрыли ворота на дубовый засов, расставили часовых. Ещё было рано ложиться спать, и я осмотрел подворье. Ничего необычного. Небольшая деревянная крепость. В центре – терем с высокой стрелецкой башней, к терему примыкали, связанные крытыми переходами хозяйственные постройки, в клетях которых хрюкали, мычали и блеяли их обитатели.

Практически уничтожив запасы пива и мёда, сотня успокоилась к полуночи, и то, только тогда, когда я вышел на крыльцо и крикнул:

- Спать всем.

* * *

От Твери до Новгорода ехали значительно дольше. Ехали почти шагом. Два дня погуляли в Торжке, ещё два в Волочке, оставляя в корчмах наличные и слухи о богатом княжиче с лихой полусотней воев. С десяток человек мне пришлось оставить в Твери, охранять новое подворье. Погода стояла сухая. Привалили под открытым небом.

К Великом Новгороду мы прибыли на десятые сутки.