Дети Гамельна

Вы, волею Провидения, попали в мою свиту, и хода назад для вас уже нет.

Глаза, всю ночь пылавшие адским пламенем, потускнели под утро и ничего не выражали. Но ландскнехты готовы были поклясться, что нечто под забралом испытующе всматривается в них, ожидая ответа. Швальбе кивнул, с такой неохотой, что аж позвоночник скрипнул. Мирослав просто двинул подбородком – дескать, понял.

Егерь принял молчаливое согласие наемников. Неторопливо развернулся, и быстро зашагал в глубь оврага, где вспыхивало время от времени пламя, пуская зеленоватый отсвет по округе.

- Мир, а, по-моему, мы вляпались, – грустно, но безо всяких привычных богохульств, сказал капитан, – Драться с ними и в самом деле бесполезно. Это адские псы, от них можно только бежать.

Словно почуяв, что речь идет про них, одна из псин поднялась, и тяжело переступая лапами, подошла поближе. Снова уселась, внимательно наблюдая за каждым движением

- Как-то слишком скучно все завершается, тебе не кажется, любезный мой сержант? – еще печальнее закончил капитан и начал растирать ногу.

– Всегда думал, что меня порвет на сотню маленьких гунтеров какое-то особо страшное чудище, а я перед смертью пущу ему кровь так, что скотина издохнет рядом. А тут… попались по-глупому и помрем без урона врагу. И хочется еще раз послушать, как отец Лукас призывает на нашу голову проклятия.

 - Странные у Вас желания, пан капитан! – ухмыльнулся Мирослав с неуместным моменту весельем.  – Нет, чтобы, напоследок девок возжелать  румяных да пива пенного… Отца Лукаса ему подавай! А раньше времени помирать, никогда не стоит.

Сам сколько раз говорил, что на каждую хитрую дупу найдется курец с левой резьбой?

Ближайший пес зевнул, звучно лязгнув клыками, скребнул по земле. Лапа у зверя была скорее обезьяньей, с длинными подвижными пальцами и втягивающимися когтями.

- Говорил. И что?  - несколько оживился Швальбе, ободренный недвусмысленными намеками товарища. 

- Да ничего! - еще шире оскалился сержант и проговорил тихо, почти не шевеля губами.

 – Как сделаю, руби и прыгай. Сильнее и шибче.

Капитан, словно дурак какой, хотел переспросить, что именно собрался делать сержант, но в глубине балки, куда ушел Егерь и его дьявольская свита, вдруг полыхнуло вовсе уж несусветно. Даже ослепило немного. Не успели наемники протереть глаза, как окружившие их собаки начали недвусмысленно подталкивать в том направлении. Толкали лобастыми гладкими мордами, безбожно пачкая нитями вонючей слюны.