Дети Гамельна

Сам посуди,кто в моем возрасте такие мелочи помнит?

- Вот почему я тебя чехом всегда считал? – задумчиво спросил Швальбе, особо к сержанту и не обращаясь. – Правда, чехом, мать которого загуляла с кумашом.

- Книг умных перечитал много. В голове места мало. А про мать мою лучше ничего не говори. Она у меня – святая женщина, - мрачно пробурчал Мирослав.

- Все может быть, - крутанул головой капитан, решив не задуривать голову сложностями жизни.

Часовенка словно специально для них на перекрестке оказалась. Маленькая, покосившаяся, проходящей мимо войной пощербленная.

Но внутри сухо, крыша целая, вода, бесперебойно льющая сверху, малый костерок не затушит. А что еще надо понимающему человеку? Неугомонный и взбодрившийся сержант сразу вслух возжелал даму, но прагматичный Швальбе резонно заметил, что по нынешнему времени на проселочных дорогах даже с бабами туговато, не то, что с дамами. Так что пришлось ограничиться походным харчем и выпивкой, благо и того, и другого было в достатке -  герцог отсыпал денег от души. То ли деньги чужие, то ли и впрямь допек его тот оборотень.

За упокой оборотневой души и выпили по первой, из серебряных стаканчиков. Мир праху его! Все ж таки не всех людей без разбора грыз, а честно душегубствовал, по указу и за плату. Только больно уж невезучий оказался. Впрочем, не он первый, не он последний, чье везение закончилось аккурат на встрече с капитаном Швальбе.

- Ловим их, убиваем, а зла на земле меньше не становится. С чего так, капитан? – в отличие от Швальбе, который погружался в меланхолию уже изрядно набравшись, сержант порою начинал философствовать после первого же глотка.

 

- Да кто знает, шановный пан Мирослав! - капитан тоже взгрустнул немного, и на то имелись весомые причины. За стеной – дождь сплошным потоком, впереди путь неблизкий. Да еще и сержант под боком нудит.– Одни говорят, происки Диавола, другие,что природа человеческая такова, что сама по себе притягивает всякие пакости.

- А сам что думаешь? – спросил Мирослав, жуя кусок солонины, крепкой, словно дьяволово копыто.

Ливень опять усилился, капли барабанили по крыше, словно марш многотысячной армии карликов. Но внутрь часовни вода не проникала, костерок весело горел, и парила начинавшая просыхать одежда.

- Сам? Думаю, что второе к истине ближе. Не может быть Дьявол вездесущим. Иначе слишком в нем от Бога много будет. Скорее, люди сами по себе – сволочи.

- Во как завернул! - сержант развернулся к огню другим боком, чувствуя ободряющее тепло.