Самый большой алмаз

И вот наш Джагдиш имеет прямое отношение к правящей семье, но вынужден скитаться, потому что дома его ждет только кинжал или шелковый платок, которым его удавят.

– Для этого мне не обязательно возвращаться домой, за моей шеей будут охотиться по всему миру, – равнодушно сказал индиец. – Тхаги, если берутся за дело, всегда стремятся довести его до конца во славу своей богини.

Слово мне показалось знакомым, и я сообразила, что речь идет о тугах, как именовали индийских наемных убийц у нас. Рассказывали больше сказки, в которые сложно поверить, ведь этим таинственным катам приписывали совсем уж фантастические способности.

– Это про тугов? Убийцах-колдунах?

Монтгомери скривился и с усмешкой ответил:

– Никакие это не колдуны. Обычные разбойники, для которых золото главнее любых поверий. Но чего не отнять – если настоящая секта тхугов получила аванс, то отрабатывать его будет до конца. Об этом, миссис Александра, мы еще поговорим. У нас остался не представленным последний член нашего экипажа.

Я посмотрела на чернявого, тот по своему обыкновению широко улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

– Наверное, тоже аристократ, потерянный принц, гонимый судьбой и недругами?

– О нет, – вместо баронета взял слово брюнет. – Мое имя – Диего Оливейра, я простой фидалгу[6] по крови, но право мое подтверждено, как положено, пятью свидетелями, причем все они были фидалгу. Благородный с незапамятных времен. Я вырос в Бразилии, и моя семья не имеет мрачной тайны или кровавых несчастий, но цепь событий, с ней произошедшая, привела меня сюда.

Я мельком посмотрела на Монтгомери, но тот и ухом не повел на такое яростное замечание. А португалец, в чем не было сомнений, продолжил:

– Все началось с войны бедной Португалии с негодником Маратом, вследствие которой королевская семья покинула Лиссабон и переехала Рио-де-Жанейро[7]. В этом ей помогали англичане, и в благодарность король открыл для них наши порты. Как Вы думаете, к чему это привело?

– К разорению местных торговцев, – спокойно ответила я.

– Именно! Англичане не платили пошлин, запретили рабство, скупили все, до чего дотянулись руки. У моей семьи не было больших плантаций, но наш торговый дом уверенно стоял на ногах. Сейчас от былого величия остался лишь пепел. Теперь же при их помощи моя Бразилия отделена от Португалии! Глупцы, радующиеся этому, не понимают, что их оставили в самом углу от мировой политики и торговли.