Я, Дракула! Клинком и кольями

Собственно, тут и понимать причин не нужно, достаточно взглянуть на воина, несущего мое знамя: он прямо светится от гордости, что ему выпала такая честь. Да, теперь имя воеводы Дракулы тут надолго запомнят – а я ведь только начал.

Обсудив положение, мы пришли к выводу, что срочно возвращаться, прорываясь сквозь засады, нам пока не нужно: в Табуке осталась сотня стражников, сотня стрелков и есть настенное ополчение. Это, конечно, негусто, но каруи совершенно не умеют вести штурм крепости.

Гораздо хуже, что теперь, когда вся орда на Табуке, а вылазку из города сделать некем, уберечь стада уже не получится.

- Как ты думаешь, - спросил я у Тэгира, - что твой отец предпримет, ну или, видимо, уже предпринял по этому поводу?

- Загнать стада в город, прямо на улицы, и забить на мясо и солонину все, кроме молодняка, - вздохнул тот, - других путей-то и нет.

- Значит, спешить уже некуда, стадо забито, да и выбить всю орду не получится с налета.

Диспозиция пока что не в нашу пользу: фактически, мы отрезаны от остальных островов, потому что с Тассаи далее за Табук можно попасть только через Табук, правда, двумя путями, по северной отмели и по южной, по которой мы пришли.

У орды хватит войска, чтобы удержать оба берега, и, что еще хуже, они могут напасть на нас прямо на воде, с лодок, что для нас кончится плачевно. Еще, конечно, можно на лодках, тем более что они у нас уже есть – но воевать с морским налетчиком на его правилах очень плохая идея, так что переправа – занятие опасное.

С другой стороны, теперь мы можем отправить гонцов на первый остров, Сарсу, и узнать, как там у них дела, а также послать разведчиков на Табук – просто осмотреться издали.

Мы – я и табукийцы – двинулись ближе к городу и стали на привал. Местным пока работы полно: почти тысячу трупов надо вокруг острова поразвешивать, раненых, кто выбыл из строя, отправили в город. Итого нас осталось меньше шести сотен, но когда снова присоединятся тассайцы – будет около тысячи.

Мы неплохо отдохнули и пообедали: еду нам привезли из города.

Ничего особенного, горшки с тушеными овощами и рыбный паштет, но неплохо.

Попозже на небольшой коляске приехал правитель города – седой, больной старик, на лице которого все еще читается былая сила и нажитая взамен силы мудрость. В беседе выяснилось, что командир тассайцев – его внук и будущий правитель города, а сам старик безмерно благодарен мне, чужестранцу, за то, что я возглавил их, островитян, в борьбе против нашествия.