Дело железа

Заметка под портретом сообщала, что изображенный на портрете неизвестный в приступе патриотизма ворвался в веселый дом в Нагасаки, где были расквартированы пленные русские офицеры, и снес голову одному из них — дальше шла совершенно непроизносимая русская фамилия. Старший — тоже непроизносимый — товарищ жертвы, увидев происшествие, выбежал из дома, набросился на убийцу — и зарубил его же собственным мечом, поскольку сам был безоружен.

Инспектор еще раз посмотрел на расплывчатый фотоснимок. Сделано явно после смерти, у живых таких лиц не бывает.

А еще, наметанным глазом определил, что это даже не лицо мертвеца — это отрубленная голова мертвеца.

В дверь постучали.

— Входите, — привычно сказал отставной инспектор.

Асахина вошел, на ходу доставая из рукава утренний выпуск "Ёмиури". Да. Значит, да. Обычно-то господин инженер "Ёмиури" не читает...

— Если вы про новость из Нагасаки, — сказал инспектор, — то в "Ежедневке" уже перепечатали.

Инженер грустно кивнул и прикрыл дверь.

— Мальчишки на улице кричали, — сказал он, глядя в стену.

— "Варварское убийство пленного офицера". Размахивали газетой. Я узнал его. Почти не изменился, бедняга.

Инспектор жестом пригласил гостя в комнату. Внучка ужа потопала за чайником. Сообразительная пигалица, любимица...

Кажется, Асахина думает, что у меня горе. Не объяснять же ему, что Хараду я похоронил еще в шестьдесят восьмом.

— Да, совершенно не изменился. Вломился наобум, прикрытием не озаботился, рассчитывал на силу. И скорее всего, убил не того, кого собирался.

Ну, вы подумайте, — пояснил инспектор, — кто бы это мог отобрать у Харады меч? Сколько таких людей на свете? Он, конечно, копейщик и с мечом обращался так себе, но преимущество в силе и скорости значит много.

— Я догадался, — горько сказал Асахина, садясь на татами. — Последние известия от него я получил пять лет назад. Он охранял миссию в Китае во время восстания. А когда довел миссионеров до английских войск, вернулся и примкнул к восставшим зачем-то. Я думал, он там и сгинул…

— Он любил драться, — пожимает плечами инспектор.

— И только.

— Наверное он счел их дело заслуживающим защиты.

— Наверняка. — Всегда приятнее думать, что правда на твоей стороне…

— Лучше бы он остался там.

— А я думаю, он там и остался, — Фудзита принял у внучки горячий чайник, поблагодарил кивком, налил гостю, потом себе, достал из буфета мешочек со сладостями. — Думаю, этих русских... демонов он выследил еще с Порт-Артура.

Асахина усмехнулся.