Мост над Прорвой

Хорошо, что рядом протекал ручей, где можно было и самому сполоснуться и коровьи потроха помыть. Работали так, чтобы ничто не пропало: целебную желчь собрали в маленькую долблёнку, рубец Нарти как следует вымыл и выскоблил на совесть… Рубец хорош на пироги, хотя, кому здесь пироги печь? Клах сказал, что по эту сторону Прорвы хлеба не сеют – пахать некому, да и не на чем.

Явившихся гостей, а вернее – хозяев, первым заметил Нарти. Всё-таки, он охотник, а Клах был из пастухов, хотя за четыре года бродяжничества многому научился.

Из леса на голый склон вышла ещё одна корова – теперь Нарти с полувзгляда определил, что это корова, а не бык и не вол. На спине животного были навьючены большие кожаные мешки. Свои точно так же возили поклажу на волах. А рядом шёл… шла… – наверное, всё-таки, шло человеческое существо. Худая фигура, морщинистое лицо, волосы седые, но такие длинные, что даже у молодых людей встречаются очень редко.

Нарти судорожно глотнул. Вот оно, то, ради чего они шли.

– Здравствуй, мать, – сказал Клах, склонив в поклоне голову.

Старуха окинула проводников цепким взглядом.

– Почему вас всего двое?

– Второй и третий проводники погибли в Прорве, – ответил Клах. – На будущий год вот он, – Клах кивнул в сторону Нарти, – придёт сразу с тремя новичками. Будет трудно, но я верю – он справится.

– Как знаете… – старуха недовольно поджала губы. – Со стадом тоже вдвоём управитесь?

– Для этого дела хотелось бы получить помощника.

– Этого добра сколько угодно.

– Один нужен. От десятерых не помощь получится, а только вред.

– Один – так один, – согласилась старуха. – К утру будет. Сама отберу, какой с телятами управляться умеет.

Клах повернулся к своему мешку, вытащил увесистый рогожный сверток. В таких рогожах люди хранили муку и немолотое зерно, идущие не на семена, а в еду.

Старая мать распустила тесьму, которой была перетянута рогожа. Внутри действительно оказалась мука. Теперь Нарти стало ясно, почему во время ночёвок в укрывище, где всё залито водой, Клах так заботился, чтобы не подмочить свой мешок.

– Простите, что мало в этом году, – произнёс Клах. – Не донесли.

– Я бы удивилась, будь у вас всё в порядке, – ворчливо сказала старуха. – Нате-ка и вам гостинца. Не знаю, как и стащите вдвоём.

– Что не стащим, то здесь съедим, – в тон ответил Клах, принимая одну за другой тяжеловесные головки сыра. Уж сыр-то Нарти сразу узнал.