Волки

— Надо выдать, — сказал он Герострату.

Тот скривился. Вот ещë.

Тем временем Деметрия потащили в дом, где жила Тармисара. Она возмутилась:

— У меня там ребёнок спит!

— Цыц, женщина! — отрезал Герострат.

Она возмущëнно всплеснула руками:

— Пустите меня, а сами не лезьте! Начнëте там топать! Я сама всë сделаю.

— С этими что? — спросил один из сагиттариев, указав на даков.

— Ну не гнать же прочь, — осторожно заметил сострадательный Бесс.

— Помогите с ним, раз уж спасли, — сказал Тит, — верно боги наши и ваши так хотят.

Старик помотал головой. Не понял.

— Иди туда. За ней. Топ-топ. Понимаешь? — помогая себе жестами, объяснил декурион.

Старик кивнул. Повиновался. Они со старухой направились следом за Тармисарой.

В доме фабра положили на постель, запалили лампу.

Старик закрыл дверь.

— Масло, — покачал головой старик, — ещё есть?

— Ещё? — растерянно переспросила женщина, — есть... наверное.

— Много? — прошептал Деметрий, разлепив глаза, — где?

— О чëм ты?

Фабр не ответил. В дом вошли Лонгин и Герострат.

Тит увидел, что фабр смотрит на него и удовлетворëнно отметил:

— Живой, значит?

Тот еле заметно кивнул.

— Кто тебя похитил? — спросил Герострат.

— Это человек? — добавил Тит.

Глаза Деметрия удивлённо округлились.

— А к-кто бы ещё? Это царëв ч-человек. Д-дардиолаем з-зовут.

Тармисара вздрогнула. Старик незаметно шагнул к ней и взял за руку, крепко сжал. Она посмотрела на него. Он приложил палец к губам.

— Дардиолай? — переспросил Тит.

— С-слыхал про т-такого? — прошептал Деметрий.

Он на волокуше пролежал совсем немного, но вполне хватило и до смерти замёрзшего человека играл легко. Зубами такую музыку выстукивал... И трясся непритворно.

— Что-то слышал, — сказал Тит, — из сильнейших воинов ваших?

— В-ваших... Он з-знаменит, да. Все слыхали...

— Зачем он похитил тебя?

— Расквитаться... За то д-дело. П-помнишь Саргецию, д-декурион?

Тит кивнул.

— Почему он просто не убил тебя, раз уж мести хотел?

— Он и уб-бил, — губы фабра тронула усмешка, — и весьма не п-просто.

— Где он сейчас?

— Не з-знаю. Б-бросил...

— Что теперь с ним делать? — спросил Герострат, — маслом может растереть? Я слышал, так делают. Ещё снегом этим вашим сраным натирают.

Тармисара смерила его гневным взглядом.

— Нельзя! Только хуже сделаешь. Глупости ты слышал.

— Ты знаешь, что делать, женщина? — спросил Тит, — он важен. Цезарь не останется в долгу.

— Сделаю, что смогу.

Лонгин кивнул.

— Я пришлю в помощь капсария.