Записки из бронзового века

Они репы почесали, посмотрели на меня с недоверием и пошли в лес за стройматериалом.

Задумка была проста – два коротких брёвнышка лежат на земле, а на них, как на подставках, бревно подлиннее. Сидушка ошкуренная и крепится к импровизированным ножкам, в которых выдолблены небольшие пазы, специальными клиньями. А чтобы эти клинья закрепить – нужно в сидушке два сквозных отверстия в размер сделать.

И в ножках тоже отверстия нужны.

Вот над этим то и недоумевали пацаны. Типа, а нафига такие сложности? Ответ был прост – чтобы задолбались.

Но я им этого не сказал.

Три раза переделывали парни лавочку, пока я не сжалился над ними.

А там, как раз и земля немного оттаяла.

Так что за строительством бани я наблюдал с довольно таки удобной лавочки. Три дня ребята как пыхтели, копая яму под баню. А утром четвёртого дня ко мне присоединился шаман.

– Духи предупреждают, враг очень близко, – с интересом наблюдая за земляными работами, поделился со мной инсайдерской информацией толмач. – Вождь счёт почти освоил. Я тоже учусь.

Худо-бедно, а до пятидесяти досчитать могу. Школу открывать можно. Счёт, оказывается, полезная штука. Я теперь знаю, сколько у меня шкур в загашнике. Я-то думал много, а их всего двенадцать, оказывается, – вещал он.

И мне показалось, что итоги ревизии его даже больше огорчили, чем приближение врага.

– Счёт, это конечно, хорошо, – согласился я. – А с врагами то что? Что-то ты подозрительно спокойно об этом докладываешь.

– А чего переживать? Я у духов спросил, они сказали, Воевода сходит в поход, всё узнает и придумает, как супостата одолеть, – в полной уверенности, что именно так и будет, заявил мне шаман.

Как говорится, мне бы его уверенность.

– Ну, если духи сказали, – вздохнул я, – Эй, парни, бросай работу. Мыться и отдыхать. Шаман говорит, завтра срочно в поход идти нужно. Так что банька, как и свадьбы, откладываются на неопределённый срок!

Глава 32. Духи ночи и воды

Топать, по ещё не совсем оттаявшей степи, это когда сверху грязь, а под ней мёрзлая земля, – то ещё удовольствие.

Но если уж назвался Воеводой, а тем более воином, то привыкай к тяготам и лишениям службы. Ведь только за превозмогание и готовность отдать всё ради безопасности своего народа воина и ценит племя.

Эту, пока ещё не изобретённую истину, я под разными соусами и вдалбливал в головы своим пацанам всю дорогу.

Политработу вел, короче.

Но разговоры разговорами, а по сторонам мы поглядывали и олимпийские рекорды не ставили. Шли строго на восток.